Эта девчонка, что она понимает?
Конечно, Эмили Брент ничего не боится: Брентам неведом страх. Она из военной семьи, и в их роду все умели смотреть смерти в лицо.
Вели праведную жизнь, и она, Эмили Брент, тоже жила праведно.
Ей нечего стыдиться в своем прошлом… А раз так, она, конечно же, не умрет… „Он печется о вас“. „Не убоишься ужасов в ночи, стрелы, летящей днем…“ Теперь был день, и ужасы ушли.
Ни один из нас не покинет остров.
Кто это сказал?
Ну конечно же, генерал Макартур (его родственник женат на Элси Макферсон).
Его такая перспектива ничуть не пугала.
Напротив, казалось, она даже радует его! А это грех!
Некоторые люди не придают значения смерти и сами лишают себя жизни.
Беатриса Тейдор… Прошлой ночью ей снилась Беатриса — она стояла за окном, прижав лицо к стеклу, стонала, умоляла впустить ее в дом.
Но Эмили Врент не хотела ее впускать.
Ведь если ее впустить, случится нечто ужасное».
Эмили вздрогнула и очнулась.
Как смотрит на нее эта девушка.
— Все готово, не так ли? — спросила она деловито.
— Будем подавать завтрак.
Странно прошла эта трапеза.
Все были чрезвычайно предупредительны.
— Можно предложить вам еще кофе, мисс Брент?
— Ломтик ветчины, мисс Клейторн?
— Еще кусочек бекона?
Все шестеро вели себя как ни в чем не бывало, будто ничего и не случилось.
Но в душе каждого бушевала буря.
Мысли носились как белки в колесе…
Что же дальше?
Что дальше?
Кто следующий?
Кто?
Интересно, удастся ли?
Но попытаться стоит.
Только бы успеть.
Господи, только бы успеть…
Помешательство на религиозной почве, не иначе… Посмотреть на нее, и в голову не придет… А что, если я ошибаюсь?
Это безумие… Я схожу с ума.
Куда-то запропастилась шерсть, запропастился алый занавес из ванной — не могу понять, кому они могли понадобиться.
Ничего не понимаю…
Вот дурак, поверил всему, что ему рассказали.
С ним обошлось легко… И все равно надо соблюдать осторожность.
Шесть фарфоровых негритят… только шесть — сколько их останется к вечеру?
— Кому отдать последнее яйцо?
— Джему?
— Спасибо, я лучше возьму еще ветчины.
Все шестеро, как ни в чем не бывало, завтракали.
Глава двенадцатая
Завтрак кончился.
Судья Уоргрейв, откашлявшись, внушительно сказал своим тонким голоском:
— Я думаю, нам стоит собраться и обсудить создавшееся положение — скажем, через полчаса в гостиной.
Никто не возражал.
Вера собрала тарелки.