— Вижу, здравый смысл вам не изменил, хотя всего минуту назад вы и праздновали труса.
Я спущусь, принесу непочатую бутылку, — и он выскочил за дверь.
— Мне уже лучше, — не слишком убежденно сказала Вера.
— Я, пожалуй, выпью воды.
Армстронг помог ей подняться.
Шатаясь и цепляясь за Армстронга, Вера подошла к умывальнику.
Пустила холодную воду, наполнила стакан.
— Зря вы отказались от коньяка, — обиженно сказал Блор.
— Как знать, — сказал Армстронг.
— Я туда ничего не подсыпал, — рассердился Блор.
— Вы ведь на это намекаете?
— А я и не утверждаю, что вы туда что-то подсыпали.
Но вы вполне могли это сделать, а не вы, так кто-то другой мог на всякий случай подложить в бутылку яду.
В комнату влетел Ломбард.
Он держал непочатую бутылку коньяка и штопор.
Ткнул нераскупоренную бутылку Вере под нос и сказал.
— Держите, голубушка.
Пейте смело.
Сорвал фольгу и вытащил пробку.
— Хорошо, что в доме большие запасы спиртного.
Очень предусмотрительно со стороны А. Н.
Онима.
Веру била мелкая дрожь.
Армстронг подержал стакан, Филипп налил коньяку.
— Выпейте, мисс Клейторн, — сказал врач, — вы только что перенесли тяжелое потрясение.
Вера отхлебнула коньяку и на щеках ее снова заиграл румянец.
Ломбард засмеялся.
— Вот первое убийство, которое сорвалось.
— Вы думаете, меня хотели убить? — прошептала Вера.
— Ну да, ожидали, что вы от страха отдадите концы! — ответил Ломбард.
— Такое может случиться, верно, доктор?
Армстронг уклонился от ответа.
— Гм-гм, не могу вам сказать ничего определенного.
Крепкий молодой человек со здоровым сердцем вряд ли умрет от испуга.
С другой стороны… — Он взял коньяк, принесенный Блором, окунул в него палец, осторожно лизнул.
Лицо его хранило бесстрастное выражение.
— Вкус вроде бы обычный, — неуверенно сказал он.
Блор, клокоча от ярости, двинулся к нему.
— Попробуйте только сказать, что я отравитель, и я вам сверну шею!
Вера, которой коньяк вернул былую предприимчивость, поспешила отвлечь мужчин.
— А где судья? — спросила она.
Мужчины переглянулись.
— Не понимаю, что случилось… Мне казалось, он поднимался с нами…
— И мне, — сказал Блор.
— Что скажете вы, доктор?
Вы шли следом за мной.
— Мне казалось, он был позади меня… Разумеется, он не поспевал за нами.
Возраст все же дает о себе знать.
Они снова переглянулись.
— Ничего не понимаю, — сказал Ломбард.