– А ваше мнение, дорогой Мак-Наббс? – обратилась к майору леди Элен. – С самого начала спора вы только слушаете, а сами не проронили ни единого слова.
– Раз вы спрашиваете моего мнения, – ответил Мак-Наббс, – я совершенно откровенно вам его выскажу.
Мне кажется, что Айртон сейчас говорил как человек умный и осторожный, и я поддерживаю его предложение.
Никто не ожидал такого ответа, ибо до сих пор Мак-Наббс всегда оспаривал мнение Айртона в этом вопросе.
Самого боцмана, видимо, это удивило – он бросил быстрый взгляд на майора.
Паганель, леди Элен и матросы были склонны поддержать проект Айртона, слова же Мак-Наббса рассеяли их последние сомнения. Гленарван объявил, что план Айртона в общих чертах принят.
– А теперь, Джон, – обратился Гленарван к молодому капитану, – скажите: вы тоже находите благоразумным остаться здесь, на берегу реки, в ожидании средств передвижения?
– Да, – ответил Джон Манглс, – если только нашему гонцу удастся переправиться через Сноуи-Ривер, которую мы сами не можем перейти.
Все посмотрели на боцмана. Тот улыбнулся с уверенным видом.
– Гонец не будет переправляться через реку, – сказал он.
– Не будет? – удивился Джон Манглс.
– Он просто вернется на Лакнаускую дорогу и по ней отправится в Мельбурн.
– Пройти двести пятьдесят миль пешком! – воскликнул молодой капитан.
– Нет, верхом, – возразил Айртон. – Ведь у нас есть одна здоровая лошадь.
На ней дня в четыре можно покрыть это расстояние.
Прибавьте еще два дня на переход «Дункана» в Туфоллд-Бей, сутки, чтобы добраться до нашего лагеря. Значит, через неделю гонец с отрядом матросов будет здесь.
Майор сопровождал одобрительными кивками слова Айртона, что очень удивляло Джона Манглса. Итак, предложение боцмана было принято единогласно, и оставалось только выполнить этот действительно хорошо задуманный план.
– А теперь, друзья мои, – сказал Гленарван, – нам остается выбрать гонца.
Он возьмет на себя поручение и трудное и рискованное, не хочу скрывать этого.
Кто из преданности товарищам рискнет отправиться с письмом?
Тотчас же вызвались Вильсон, Мюльреди, Джон Манглс, Паганель и даже Роберт.
Особенно настаивал Джон Манглс. Но тут заговорил молчавший до этого времени Айртон:
– С вашего разрешения, поеду я, милорд.
Я знаю этот край.
Не раз мне случалось скитаться по местам еще более диким и опасным.
Я смогу выпутаться из беды там, где другой погибнет.
Вот почему я в общих интересах прошу отправить в Мельбурн именно меня.
Вы дадите мне письмо к помощнику капитана яхты, и я ручаюсь, что через шесть дней «Дункан» будет уже в бухте Туфоллд-Бей.
– Хорошо сказано, Айртон! – ответил Гленарван. – Вы человек умный и смелый и добьетесь своего!
Действительно, было очевидно, что Айртон сможет лучше, чем кто-либо, справиться с этой трудной задачей.
Все это поняли, и никто не стал с ним спорить.
Только Джон Манглс попытался возразить, что Айртон нужен для отыскивания следов «Британии» и Гарри Гранта.
Но на это майор заметил, что экспедиция до возвращения боцмана никуда не тронется с берегов Сноуи-Ривер, и потому не может быть и речи о возобновлении без него этих важных поисков. Следовательно, отсутствие Айртона отнюдь не принесет никакого ущерба интересам капитана Гранта.
– Ну что ж, отправляйтесь, Айртон, – сказал Гленарван. – Поторапливайтесь и возвращайтесь через Идеи в наш лагерь У Сноуи-Ривер.
В глазах боцмана сверкнуло торжество.
Он быстро отвернулся, но Джон Манглс успел уловить этот блеск. Молодой капитан чувствовал, как инстинктивно растет его недоверие к Айртону.
Боцман занялся приготовлениями к отъезду. Ему помогали оба матроса: один седлал лошадь, другой готовил провизию.
Гленарван же в это время писал письмо Тому Остину.
В нем он приказывал помощнику капитана «Дункана» немедленно идти в Туфоллд-Бей.
Об Айртоне он говорил как о человеке, на которого можно всецело положиться.
По прибытии яхты на восточное побережье Тому Остину предписывалось дать в распоряжение Айртона отряд матросов с яхты.
Гленарван как раз дописывал это распоряжение, когда Мак-Наббс, следивший глазами, спросил его каким-то особенным тоном, как он пишет имя «Айртон».
– Да так, как оно произносится, – ответил Гленарван.
– Вы ошибаетесь, – спокойным тоном проговорил майор. – Это имя произносится «Айртон», а пишется «Бен Джойс»!
Глава XX «ALAND! ZEALAND!»
Бен Джойс! Это имя произвело впечатление удара молнии.
Айртон резко выпрямился. В руках его блеснул револьвер.
Грянул выстрел. Гленарван упал, сраженный пулей.
Снаружи раздалась ружейная стрельба.
Джон Манглс и матросы, в первую минуту оцепеневшие от неожиданности, хотели кинуться на Бена Джойса, но дерзкий каторжник уже исчез и присоединился к своей шайке, рассеянной по опушке леса.