К счастью еще, Уилл Холли, вообще не любивший торопиться, не ставил много парусов, а то мачты неизбежно сломались бы.
Джон Манглс не терял надежды, что эта жалкая посудина дотащится без особых злоключений до гавани, но ему было тяжело видеть, в каких плохих условиях находятся на бриге его спутники.
Однако ни леди Элен, ни Мери Грант ни на что не жаловались, хотя непрекращающийся дождь и заставлял их сидеть в рубке. Там было душно и очень ощущалась качка.
Поэтому, не обращая внимания на дождь, они часто выходили на палубу, и только налетавший шквал заставлял их спускаться в тесную рубку, более годную для перевозки товаров, чем пассажиров, а тем более женщин.
Друзья старались как-нибудь развлечь их.
Паганель пробовал было заинтересовать их своими рассказами, но это ему плохо удавалось.
Печальное возвращение всех угнетало.
И если прежде речи географа о пампасах, об Австралии слушались с интересом, то все его замечания и размышления о Новой Зеландии принимались холодно и равнодушно.
Ведь путешественники плыли в этот мрачный край без воодушевления, без вдохновляющей цели, не по своему желанию, а по злому капризу судьбы.
Из всех пассажиров «Маккуори» наибольшего сожаления заслуживал лорд Гленарван.
Он редко бывал в рубке: ему не сиделось на месте.
По природе нервный и легко возбуждающийся, он не мог примириться с этим заключением в тесной каюте.
Весь день и часть ночи проводил он на палубе и, не обращая внимания ни на волны, хлеставшие по ней, ни на потоки дождя, то стоял, опершись на поручни, то лихорадочно расхаживал взад и вперед.
И все время смотрел на море.
Когда на короткое время рассеивался туман, Гленарван не отрывал глаз от подзорной трубы.
Казалось, он вопрошал эти немые волны; ему хотелось взмахом руки разорвать эту завесу тумана, это скопление паров, застилавшее горизонт.
Он никак не мог примириться, и лицо его выражало глубокое страдание.
Это был энергичный человек, до сей поры удачливый и сильный, которому вдруг изменили сила и удача.
Джон Манглс не покидал Гленарвана и вместе с ним переносил ненастье.
В тот день Гленарван особенно настойчиво вглядывался в прорывы дымки у горизонта.
– Вы ищете землю, милорд? – спросил Джон Манглс.
Гленарван отрицательно покачал головой.
– Все же вам не терпится, наверно, сойти с этого брига, – продолжал молодой капитан. – Мы должны были увидеть огни оклендского порта еще тридцать шесть часов назад.
Гленарван ничего не ответил.
Он продолжал смотреть в подзорную трубу на горизонт, в ту сторону, откуда дул ветер.
– Земля не там, – заметил Джон Манглс. – Смотрите направо, милорд.
– Зачем, Джон? – сказал Гленарван. – Я ищу не землю.
– А что же, милорд?
– Мою яхту! Мой «Дункан»! – гневно ответил Гленарван. – Ведь он должен плавать здесь, в этих водах, занимаясь гнусным пиратским ремеслом.
Говорю тебе, Джон, он здесь, на пути судов между Австралией и Новой Зеландией. У меня предчувствие, что мы с ним встретимся.
– Да избавит нас бог от этой встречи, милорд!
– Почему, Джон?
– Вы забываете, милорд, в каком мы теперь положении.
На этом бриге, если «Дункан» погонится за нами, мы не в силах уйти от него.
– Уйти, Джон?
– Да, милорд.
Мы тщетно пытались бы это сделать!
Мы были бы захвачены и оказались бы во власти этих негодяев, а Бен Джойс показал уже, что он не отступит перед преступлением.
Дело не в нашей жизни – мы защищались бы до последнего вздоха.
Но подумайте, милорд, о наших спутницах!
– Бедные женщины! – прошептал Гленарван, – У меня разрывается сердце, Джон, и порой я прихожу в отчаяние.
Мне кажется, что нас ждут новые беды, что судьба против нас, и мне делается страшно.
– Вам, милорд?
– Не за себя, Джон, но за тех, кого я люблю и кого любишь ты.
– Успокойтесь, милорд, – ответил молодой капитан. – Бояться нечего.
«Маккуори» идет неважно, но все же идет.
Уилл Холли – тупоумная скотина, но ведь я здесь, и если мне покажется, что подходить к берегу рискованно, я поверну судно обратно в море.
Но боже нас сохрани очутиться бок о бок с
«Дунканом», милорд, поэтому заметить его важно лишь для того, чтобы успеть избежать встречи, уйти.
Джон Манглс был прав: встреча с «Дунканом» оказалась бы роковой для «Маккуори».