Два часа добрая, кроткая шотландка провела с глазу на глаз с атаманом беглых каторжников.
Гленарван в волнении бродил у каюты, то решаясь испытать до конца это последнее средство, то порываясь избавить жену от такой тягостной беседы.
На этот раз, когда леди Элен покинула Айртона, в глазах ее светилась надежда.
Неужели ей удалось пробудить последние остатки жалости в сердце этого негодяя и она вырвала у него тайну?
Первым ее увидел Мак-Наббс и не поверил своим глазам.
Среди команды с быстротой электрической искры разнесся слух о том, что боцман уступил наконец настояниям леди Гленарван.
Все матросы собрались на палубе проворнее, чем по свистку Тома Остина, созывавшего их на работу.
Гленарван бросился навстречу жене.
– Айртон все рассказал? – спросил он.
– Нет, – ответила леди Элен, – но, уступая моей просьбе, он хочет говорить с вами.
– Ах, дорогая Элен, так вы, значит, добились своего!
– Хочу надеяться, Эдуард!
– Вы что-нибудь обещали ему от моего имени?
– Я пообещала ему только одно: что вы используете все ваше влияние, чтобы смягчить его участь.
– Хорошо, дорогая.
Пусть сейчас же приведут ко мне Айртона.
Леди Элен ушла к себе вместе с Мери Грант, а боцмана привели в кают-компанию, где ожидал его Гленарван.
Глава XIX СДЕЛКА
Матросы, которые привели боцмана, тут же удалились.
– Вы хотели поговорить со мной, Айртон? – спросил Гленарван.
– Да, милорд, – ответил боцман.
– Только со мной?
– Да, но мне кажется, было бы лучше, если бы при нашем разговоре присутствовали майор Мак-Наббс и господин Паганель.
– Лучше для кого?
– Для меня.
Айртон говорил очень спокойно.
Гленарван пристально посмотрел на него. Затем он послал сказать Мак-Наббсу и Паганелю, что просит их прийти в кают-компанию. Они тотчас явились на его приглашение.
Как только оба они уселись у стола, Гленарван сказал боцману: – Мы вас слушаем.
Несколько минут Айртон собирался с мыслями, потом сказал:
– Милорд, когда два человека заключают между собой сделку или контракт, то при этом обычно присутствуют свидетели.
Вот почему я и просил, чтобы здесь были господин Паганель и майор Мак-Наббс. Я, собственно говоря, и хочу предложить вам сделку.
Гленарван, привыкший к манерам Айртона, даже глазом не моргнул, хотя всякое соглашение между ним и этим человеком казалось ему более чем странным.
– Что же это за сделка? – спросил он.
– Так вот, – ответил Айртон, – вы хотите узнать от меня некоторые полезные для вас сведения, а я хочу добиться от вас кое-каких важных для меня уступок.
Услуга за услугу, милорд.
Подходит вам это или нет?
– А что это за сведения? – живо спросил Паганель.
– Нет, – остановил его Гленарван, – что это за уступки?
Айртон кивнул в знак того, что понял мысль Гленарвана.
– Вот, – сказал он, – те уступки, на которые я предлагаю вам пойти.
Скажите, милорд, вы по-прежнему намерены передать меня английским властям?
– Да, Айртон, и это будет только справедливо.
– Не спорю, – спокойно отозвался боцман. – Итак, вы не согласились бы вернуть мне свободу?
Гленарван с минуту колебался, прежде чем ответить на такой прямой вопрос.
Ведь от его ответа, быть может, зависела судьба Гарри Гранта.
Однако чувство долга взяло верх, и он сказал:
– Нет, Айртон, я не могу вернуть вам свободу.
– Я и не прошу об этом! – гордо ответил боцман.
– Так что же вам нужно?
– Нечто среднее между ожидающей меня виселицей и той свободой, которую вы, милорд, не можете мне дать.