Он перемещается!
Джон не ошибался.
Действительно, появился другой огонек. Казалось, он то потухает, то снова разгорается.
– Значит, остров обитаем? – спросил Гленарван.
– Очевидно, населен дикарями, – ответил Паганель.
– Но тогда мы не сможем высадить там боцмана.
– Нет, конечно, – вмешался майор, – это был бы слишком плохой подарок даже для дикарей.
– В таком случае мы поищем какой-нибудь другой, необитаемый остров, – сказал Гленарван. – Я обещал Айртону, что он будет жив и невредим, и хочу сдержать свое слово.
– Во всяком случае, будем осторожны, – заметил Паганель, – у новозеландцев, как некогда у жителей Корнуэльских островов, в ходу обычай заманивать к берегам суда с помощью движущихся огней.
Вероятно, и обитателям Марии-Терезы знаком этот прием.
– Держись в четверти мили от берега! – крикнул Джон Манглс матросу, стоявшему на руле. – Завтра на рассвете мы узнаем, в чем дело.
В одиннадцать часов Джон Манглс и пассажиры разошлись по своим каютам.
На баке остались вахтенные, а на корме у румпеля стоял один рулевой.
В это время на верхнюю палубу поднялись Мери Грант и Роберт.
Дети капитана Гранта, облокотившись на перила, с грустью смотрели на блестевшее фосфоресцирующим светом море и на светящийся след, остававшийся за кормой «Дункана».
Мери думала о будущем Роберта, Роберт – о будущем сестры.
И оба думали об отце.
Жив ли он еще, их любимый отец?
Неужели надо отказаться от надежды свидеться с ним?
Но как жить без него?
Что станется с ними?
Что было бы с ними и теперь без лорда Гленарвана и леди Элен?
Горе сделало мальчика взрослым не по годам. Он догадывался, какие мысли волновали сестру.
– Мери, – сказал он, беря ее за руку, – никогда не надо отчаиваться.
Вспомни, чему учил нас отец, которого ничто не могло сломить.
До сих пор, сестра, ты работала для меня, а теперь моя очередь, я стану трудиться для тебя.
– Милый Роберт!..
– Мери, мне надо сказать тебе одну вещь.
Ты ведь не станешь сердиться, правда?
– Зачем же мне сердиться, мой мальчик!
– И ты позволишь мне сделать то, что я задумал?
– Что ты хочешь сказать? – с беспокойством спросила Мери.
– Сестра! Я хочу стать моряком…
– Ты покинешь меня? – вскрикнула Мери, сжимая руку брата.
– Да, сестра, я буду моряком, как отец, как капитан Джон!
Мери, дорогая Мери, ведь капитан Джон не потерял надежды разыскать отца.
Верь в его преданность, как и я.
Джон обещал сделать из меня отличного моряка, а пока мы будем вместе с ним разыскивать отца.
Скажи, сестра, что ты согласна.
Наш долг – мой долг – сделать для отца то, что он сделал бы для нас.
У меня лишь одна цель в жизни: искать, непрестанно искать того, кто никогда не оставил бы ни тебя, ни меня.
Мери, дорогая, как он был добр, наш отец!
– И как благороден, как великодушен! – добавила Мери. – Знаешь ли ты, Роберт, что им уже гордилась наша родина, и, если бы злая судьба не помешала ему, он стал бы одним из величайших людей Шотландии.
– Знаю ли я это! – воскликнул Роберт.
Мери прижала брата к груди, и мальчик почувствовал, как слезы сестры оросили его лоб.
– Мери! Мери! – крикнул он. – Что бы ни говорили наши друзья, сколько бы они ни молчали, я все еще надеюсь и всегда буду надеяться!
Такой человек, как наш отец, не умирает, не доведя своего дела до конца!
Мери Грант не могла отвечать: ее душили рыдания.
Девушка была глубоко взволнована мыслями о новых поисках Гарри Гранта и о безграничной преданности молодого капитана.
– Значит, мистер Джон еще надеется? – спросила она.