Я вас просила остаться, а вы не остались.
— Но, моя дорогая мисс Миллер! — проникновенным голосом воскликнул Уинтерборн. — Неужели я только для того и приехал в Рим, чтобы отражать ваши нападки?
— Послушайте его! — обратилась Дэзи к хозяйке и при этом потянула ее за бант на платье.
— Какие странные вещи он говорит!
— Странные, милочка? — переспросила миссис Уокер, бывшая явно на стороне Уинтерборна.
— Ну, я не знаю, как это назвать, — сказала Дэзи, продолжая теребить ленты на платье хозяйки.
— Миссис Уокер, мне нужно кое-что сказать вам.
— Мама, нам пор-ра уходить, — перебил ее Рэндолф, как всегда подчеркивая букву «р».
— А то Юджинио поднимет такой…
— Я не боюсь Юджинио, — сказала Дэзи, тряхнув головкой.
— Послушайте, миссис Уокер, — продолжала она, — я собираюсь прийти на ваш вечер.
— Рада слышать это.
— У меня чудесное новое платье.
— Не сомневаюсь.
— Но я хочу попросить вас об одном одолжении… разрешите мне привести с собой одного моего друга.
— Ваши друзья всегда найдут у меня радушный прием, — сказала миссис Уокер, с улыбкой поворачиваясь к миссис Миллер.
— Это ее друзья, а не мои, — застенчиво улыбнувшись, ответила матушка Дэзи.
— Я с ними ни единым словом не обмолвилась.
— Это мистер Джованелли — мой близкий друг, — сказала Дэзи, и в ее звонком голосе не слышалось ни малейшей дрожи, на ее свежем личике не было и тени смущения.
Миссис Уокер помолчала, бросив быстрый взгляд на Уинтерборна.
— Я буду рада видеть мистера Джованелли, — наконец сказала она.
— Он итальянец, — с очаровательным спокойствием продолжала Дэзи.
— Мы с ним очень подружились. Это самый красивый мужчина в мире, если не считать мистера Уинтерборна!
У него много друзей среди итальянцев, но ему хочется познакомиться с американцами.
Мистер Джованелли очень высокого мнения об американцах.
Он такой умный!
Такой обаятельный!
После того как было решено, что эта блистательная особа пожалует на вечер миссис Уокер, миссис Миллер собралась уходить.
— Нам пора домой, — сказала она.
— Ты можешь ехать домой в гостиницу, мама, а я еще погуляю, — сказала Дэзи.
— Она пойдет гулять с мистером Джованелли, — объявил Рэндолф.
— Я пойду гулять в парк на Пинчио, — с улыбкой сказала Дэзи.
— Одна, милочка?
И в такое время? — спросила миссис Уокер.
День близился к вечеру; в эти часы улицы Рима бывают забиты экипажами и толпой весьма наблюдательных гуляющих.
— По-моему, это не совсем благоразумно, милочка, — сказала миссис Уокер.
— По-моему, тоже, — поддержала ее миссис Миллер.
— Ты непременно схватишь лихорадку.
Вспомни, что тебе говорил доктор Дэвис!
— Пусть сначала примет лекарство, а потом идет, — сказал Рэндолф.
Гости поднялись. Дэзи, все еще улыбаясь и показывая свои ровные зубки, нагнулась к хозяйке и поцеловала ее.
— Миссис Уокер, вы такая прелесть! — сказала она.
— Я пойду не одна; меня должен встретить мой друг.
— Твой друг не спасет тебя от лихорадки, — заметила миссис Миллер.
— Это мистер Джованелли? — спросила хозяйка.
Уинтерборн наблюдал за молодой девушкой; услышав этот вопрос, он удвоил свое внимание. Она улыбалась и расправляла ленты на шляпе, она посмотрела на Уинтерборна и, все еще улыбаясь, ответила без запинки:
— Да, мистер Джованелли. Очаровательный мистер Джованелли.
— Юный друг мой! — умоляюще проговорила миссис Уокер, беря ее за руку. — Не ходите в парк в самое опасное время на встречу с очаровательным итальянцем!
— Он же говорит по-английски, — сказала миссис Миллер.
— Бог мой! — воскликнула Дэзи.