— Я не хочу нарушать приличия.
Это очень легко уладить.
— Она продолжала смотреть на Уинтерборна.
— Пинчио отсюда в каких-нибудь ста шагах, и если мистер Уинтерборн действительно такой учтивый молодой человек, каким ему хочется казаться, он проводит меня.
Уинтерборн поспешил подтвердить свою учтивость, и девушка милостиво разрешила ему сопровождать ее.
Они сошли по лестнице впереди миссис Миллер, и у подъезда Уинтерборн увидел экипаж, с живописным агентом, которого он знал еще по Веве.
— До свидания, Юджинио! — крикнула Дэзи.
— Я иду гулять!
Расстояние от Виа Грегориана до прекрасного парка на склоне холма Пинчио совсем небольшое.
Но так как погода стояла великолепная, а гуляющих и зевак на улицах было множество, то наши молодые американцы медленно продвигались вперед.
Впрочем, Уинтерборн был очень доволен этим, хотя и понял, что они находятся в несколько странном положении.
Фланирующая римская публика не оставляла без внимания очаровательную иностранку, шедшую под руку с ним, а он недоумевал, на что рассчитывала Дэзи, задумав дойти до парка без провожатых на глазах у всей этой толпы.
Его миссия, по-видимому, заключалась лишь в том, чтобы передать ее с рук на руки мистеру Джованелли, но Уинтерборн, и обиженный на свою спутницу, и одновременно признательный ей, решил, что этого он ни за что не сделает.
— Почему вы не приехали ко мне? — спросила Дэзи.
— Вам не удастся увильнуть от ответа.
— Я уже имел честь доложить вам, что едва-едва успел сойти с поезда.
— Долго же вы просидели в поезде после остановки! — воскликнула девушка все с тем же легким смешком.
— Наверно, заснули там?
Однако на визит к миссис Уокер у вас нашлось время!
— Я познакомился с миссис Уокер… — начал было объяснять Уинтерборн.
— Я знаю, где вы с ней познакомились.
Вы познакомились в Женеве.
Она сама мне рассказывала.
Ну, что ж, а со мной вы познакомились в Веве.
По-моему, это ничуть не хуже.
Значит, вам следовало навестить меня.
— Ни о чем другом она не стала его расспрашивать и принялась болтать о своих делах.
— У нас прекрасные номера в гостинице; Юджинио говорит, что лучших в Риме не найти.
Мы хотим остаться здесь на всю зиму, если только не умрем от лихорадки, а тогда уж наверно останемся.
Здесь гораздо лучше, чем я думала. Я думала, что Рим совсем мертвый город, что это захолустье.
Мне казалось, что мы только и будем осматривать разные достопримечательности под руководством какого-нибудь дряхлого старичка. Знаете, есть такие, которые рассказывают вам про картины и прочее тому подобное.
Но на это у нас ушло не больше недели, и теперь я живу очень весело.
Знакомых у меня много, и все они очень милые.
Общество здесь избранное.
Есть и англичане, и немцы, и итальянцы.
Англичане мне нравятся больше всех.
Мне нравится их манера вести разговор.
Но среди американцев попадаются тоже очень славные.
Такого гостеприимства я еще нигде не встречала.
Каждый день можно куда-нибудь поехать.
Танцуют здесь не много, но, откровенно говоря, я не считаю, что танцы это все.
Я больше люблю разговаривать.
Вот на вечере у миссис Уокер, наверно, наговорюсь всласть, потому что у нее очень маленькие комнаты.
Как только они вошли в парк Пинчио, мисс Миллер начала разыскивать мистера Джованелли.
— Давайте пройдем вон туда, — сказала она, — на то место, откуда любуются видом.
— Я не намерен помогать вам в ваших поисках, — заявил Уинтерборн.
— Тогда я найду его и без вашей помощи, — сказала мисс Миллер.
— Неужели вы оставите меня? — воскликнул Уинтерборн.
Она рассмеялась.
— Боитесь заблудиться или попасть под колеса?