Послушайте, что произошло.
Джеруша Эббот победила на конкурсе коротких рассказов (приз – двадцать пять долларов), который «Ежемесячник» проводит каждый год.
А она всего-то второкурсница!
Тогда как конкурсанты по большей части – студентки старшего курса.
Увидев напечатанной свою фамилию, я едва поверила, что это правда.
Возможно, я буду-таки писательницей.
Жаль, что миссис Липпет наградила меня таким глупым именем, – оно как-то не созвучно с писательским, не так ли?
Кроме того, меня отобрали для участия в весеннем спектакле «Как вам это понравится», на открытом воздухе.
Я буду играть Селию, родную кузину Розалинды.
И наконец, мы с Джулией и Салли едем в Нью-Йорк в будущую пятницу, где мы устроим весенний шопинг, переночуем и на следующий день пойдем в театр с «мастером Джерви».
Он пригласил нас.
Джулия будет жить дома со своей семьей, а мы с Салли остановимся в отеле «Марта Вашингтон».
Можете представить себе нечто более волнительное?
Я ни разу в жизни не была ни в отеле, ни в театре; только однажды, когда католическая церковь устроила фестиваль и пригласила сирот, однако то был не настоящий спектакль и поэтому не считается.
И что, по-Вашему, мы будем смотреть?
«Гамлета».
Подумать только!
Мы учили его четыре недели на уроках, посвященных Шекспиру, и я знаю его наизусть.
Я так взволнована предстоящими событиями, что едва могу уснуть.
До свидания, Дядюшка.
В этом мире столько интересного.
Всегда Ваша, Джуди
PS.
Только что я заглянула в календарь.
Сегодня 28-ое.
Еще один постскриптум.
Я видела сегодня на улице водителя автомобиля, у которого один глаз коричневый, а другой – голубой.
Может, он послужит симпатичным злодеем для детективной истории?
7 апреля
Дорогой Длинноногий Дядюшка,
Боже правый!
Нью-Йорк – такой большой город, не правда ли?
Вустер не идет ни в какое сравнение.
Вы хотите сказать, что Вы и в самом деле живете в такой неразберихе?
Думаю, что и за несколько месяцев я не оправлюсь от того замешательства, в которое меня поверг город за эти два дня.
Я затрудняюсь, с чего мне начать рассказывать обо всех удивительных вещах, что я повидала; хотя, полагаю, Вам о них известно, поскольку Вы сами там живете.
Ну, до чего интересно на улицах!
А люди?
А магазины?
Мне не приходилось еще видеть таких восхитительных штучек, как те, что были в витринах.
Так и хочется посвятить свою жизнь ношению вещей.
В субботу утром мы с Салли и Джулией отправились вместе по магазинам.
Джулия пошла в самое великолепное место, какое я когда-либо видела, там были белые с золотом стены, голубые ковры, голубые шелковые занавеси и позолоченные стулья.
Совершенно очаровательная дама с желтыми волосами, в длинном, черном, шелковом платье со шлейфом вышла нас встречать, доброжелательно улыбаясь.
Я думала, что мы наносим официальный визит, и начала пожимать ей руку, но, как оказалось, мы всего лишь покупаем шляпы, во всяком случае, Джулия их покупала.
Она уселась перед зеркалом, примерила дюжину шляп, одну прелестнее другой, и купила две самые прелестные.
Не могу вообразить большей радости, чем сидеть перед зеркалом и покупать понравившуюся шляпу, не думая, прежде всего, о цене!
В этом нет сомнений, Дядюшка; Нью-Йорк быстро подтачивает тот прекрасный стоический характер, столь терпеливо созданный приютом Джона Грайера.
А после похода по магазинам мы встретились с мастером Джерви в «Шерри».
Полагаю, Вы бывали в «Шерри»?