Здесь точно как в приюте Джона Грайера.
Там наши представления были ограничены четырьмя сторонами железного забора, только меня это не слишком волновало, так как я была моложе и крутилась, словно белка в колесе.
К тому времени, как я заправляла все постели, умывала лица моим детям, шла в школу, возвращалась домой, снова умывала им лица, штопала их носки, чинила штаны Фредди Перкинса (он рвал их каждый божий день) и между этими занятиями учила уроки, я была готова ложиться на боковую и не замечала ни малейшего отсутствия социальных контактов.
Но после двух лет в разговорном колледже мне ужасно не хватает этих самых контактов; и я буду рада видеть кого-то, кто разговаривает со мной на одном языке.
Очень надеюсь, Дядюшка, что на этом у меня все.
В данный момент у меня больше ничего не происходит, – постараюсь в следующий раз написать более длинное письмо.
Навеки Ваша, Джуди
PS.
Салат-латук совсем не уродился в этом году.
Он слишком рано высох.
25 августа
Итак, Дядюшка, мастер Джерви приехал.
И мы так чудесно проводим время!
По крайней мере, я, и, по-моему, он тоже – он здесь уже десять дней и не выказывает признаков того, что хочет покинуть нас.
То, как миссис Семпл балует этого мужчину, просто возмутительно.
Если она так же потворствовала ему, когда он был ребенком, я не понимаю, как он так удачно выкрутился.
Мы с ним едим за маленьким столиком на боковой веранде, иногда под деревьями, либо – когда идет дождь или холодно – в лучшей гостиной.
Он просто выбирает место, в котором собирается принимать трапезу, и Кэрри ковыляет за ним следом вместе со столиком.
А потом, если это доставляет ей массу неудобств и приходится довольно далеко таскать тарелки, она находит доллар под сахарницей.
Он принадлежит к чрезвычайно общительному типу мужчин, хотя при случайной с ним встрече Вы бы в это не поверили; на первый взгляд он выглядит, как истинный Пендлтон, однако ни в коей мере не является таковым.
Он настолько простой, естественный и милый, насколько это возможно, – кажется, это забавный способ описывать мужчину, но это правда.
Он исключительно любезен с местными фермерами; он знакомится с ними в этакой манере, как «мужчина с мужчиной», что немедля обезоруживает их.
Вначале они были очень подозрительны.
Они не обращали внимания на его одежду!
А я замечу, что у него довольно удивительная одежда.
Он носит бриджи, складчатые жилеты, белые фланелевые брюки и одежду для верховой езды с брюками-галифе.
Всякий раз, как он спускается в очередном своем наряде, миссис Семпл, светясь от гордости, обходит его кругом, осматривает со всех сторон и советует внимательно смотреть, куда он садится; она так боится, что к нему пристанет немного пыли.
Это страшно надоедает ему.
Он постоянно твердит ей:
«Беги, Лиззи, занимайся своей работой.
Ты не можешь больше мной командовать.
Я уже вырос».
Ужасно забавно представлять, как этот замечательный, взрослый, длинноногий мужчина (у него почти такие же длинные ноги, как у Вас, Дядюшка) когда-то сидел в подоле у миссис Семпл, которая умывала ему лицо.
При виде ее подола становится еще забавнее!
Теперь у нее два подола и три подбородка.
Но он говорит, что некогда она была стройной, гибкой и проворной и могла бегать быстрее него.
У нас так много приключений!
Мы прошли целые мили, исследуя деревенскую округу, и я научилась рыбачить с помощью маленьких забавных наживок из перьев.
А еще – стрелять из ружья и револьвера.
Также ездить верхом на лошади, – в старине Грове сохранилось поразительное количество жизненных сил.
В течение трех дней мы кормили его овсом, и однажды он шарахнулся от теленка прочь и почти во всю прыть умчал меня на себе.
Среда
В понедельник после обеда мы поднимались на Небесный Холм.
Это гора, расположенная поблизости; возможно, не слишком высокая – без снега на макушке – но пока ты взбираешься на вершину, у тебя порядком перехватывает дыхание.
Нижние склоны покрыты лесом, а наверху – лишь нагромождение камней да вересковая пустошь.
Мы остались до заката, сложили костер и приготовили ужин.
Готовил мастер Джерви; он сказал, что умеет это делать лучше меня, и это правда, поскольку он приобщился к жизни в кемпинге.
Потом мы спустились вниз при свете луны, а когда достигли лесной тропы, где было темно, освещали себе путь электрическим фонариком, который он достал из кармана.
Было так весело!
Всю дорогу он смеялся, шутил и рассказывал интересные вещи.