- Миссис Дэвидсон сказала мне, что вы имели беседу с мисс Томпсон.
Такая прямолинейность вызвала у доктора Макфейла раздражение, как у всякого застенчивого человека, которого заставляют пойти в открытую.
Он почувствовал, что начинает сердиться, и покраснел.
- Не вижу, какая разница, если она уедет в Сидней, а не в Сан-Франциско, и раз она обещала вести себя здесь прилично, то, по-моему, незачем портить ей жизнь.
Миссионер устремил на него суровый взгляд.
- Почему она не хочет вернуться в Сан-Франциско?
- Я не спрашивал, - запальчиво ответил доктор.
- Я считаю, что лучше всего поменьше совать нос в чужие дела.
Возможно, этот ответ был не слишком тактичен.
- Губернатор отдал распоряжение, чтобы ее отправили с первым же пароходом.
Он только выполнил свой долг, и я не стану вмешиваться.
Ее присутствие здесь - угроза для острова.
- Я считаю, что вы злой и жестокий человек.
Дамы с тревогой посмотрели на доктора, но они напрасно боялись, что вспыхнет ссора, - миссионер только мягко улыбнулся.
- Мне очень грустно, что вы считаете меня таким, доктор Макфейл.
Поверьте, мое сердце обливается кровью от жалости к этой несчастной, но ведь я только стараюсь выполнить свой долг.
Доктор ничего не ответил.
Он угрюмо посмотрел в окно.
Дождь утих, и на другом берегу бухты среди деревьев можно было разглядеть хижины туземной деревушки.
- Я, пожалуй, воспользуюсь тем, что дождь перестал, и пройдусь немного, - сказал он.
- Прошу вас, не сердитесь на меня за то, что я не могу выполнить ваше желание, - сказал Дэвидсон с печальной улыбкой.
- Я вас очень уважаю, доктор, и не хотел бы, чтобы вы думали обо мне дурно.
- Ваше мнение о самом себе, наверное, столь высоко, что мое вас не очень огорчит, - отрезал доктор.
- Сдаюсь! - засмеялся Дэвидсон.
Когда доктор Макфейл, сердясь на себя за неоправданную грубость, спустился с лестницы, мисс Томпсон поджидала его у приоткрытой двери своей комнаты.
- Ну, - сказала она, - вы с ним говорили?
- Да, но, к сожалению, он отказывается что-нибудь сделать, - ответил доктор, смущенно отводя глаза.
И тут же, услышав рыдание, он бросил на нее быстрый взгляд.
Он увидел, что ее лицо побелело от ужаса, и испугался.
Вдруг ему в голову пришла новая мысль.
- Но пока не отчаивайтесь.
Я считаю, что с вами поступают безобразно, и сам пойду к губернатору.
- Сейчас?
Он кивнул.
Ее лицо просветлело.
- Вы меня здорово выручите.
Если вы замолвите за меня словечко, он наверняка позволит мне остаться.
Я, ей-богу, ничего такого себе не позволю, пока я тут.
Доктор Макфейл сам не понимал, почему он вдруг решил обратиться к губернатору.
Он был совершенно равнодушен к судьбе мисс Томпсон, но миссионер задел его за живое, а раз рассердившись, он долго не мог успокоиться.
Он застал губернатора дома.
Это был крупный, красивый мужчина, бывший моряк, со щеточкой седых усов над верхней губой и в белоснежном мундире.
- Я пришел к вам по поводу женщины, которая сняла комнату в одном доме с нами, - сказал доктор.
- Ее фамилия Томпсон.
- Я уже слышал о ней вполне достаточно, доктор Макфейл, - ответил губернатор, улыбаясь.
- Я распорядился, чтобы она выехала в следующий вторник, и больше ничего сделать не могу.
- Я хотел просить вас, нельзя ли разрешить ей подождать парохода из Сан-Франциско, чтобы она могла уехать в Сидней.
Я поручусь за ее поведение.
Губернатор продолжал улыбаться, но глаза его сузились и стали серьезными.
- Я был бы очень рад оказать вам услугу, доктор, но приказ отдан и не может быть изменен.