- О, это пустяки.
У меня спина крепкая и не переломится от пары грубых слов.
Она сделала движение к нему, отвратительное в своей приниженности.
- Вы меня разделали вчистую. Совсем сломали.
Вы не заставите меня вернуться во Фриско?
Его любезность мгновенно исчезла, голос стал суровым и жестким.
- Почему вы не хотите возвращаться туда?
Она вся съежилась.
- Да ведь там у меня родня.
Не хочу я, чтобы они меня видели вот такой.
Я поеду, куда вы скажете. Только не туда.
- Почему вы не хотите возвращаться в Сан-Франциско?
- Я же вам сказала.
Он наклонился вперед, устремив на нее огромные сверкающие глаза, словно стараясь заглянуть ей в самую душу.
Вдруг он резко перевел дыхание.
- Исправительный дом.
Она взвизгнула и, упав на пол, обхватила его ноги.
- Не отсылайте меня туда.
Господом богом клянусь, я стану честной.
Я все это брошу.
Она выкрикивала бессвязные мольбы, и слезы ручьями катились по накрашенным щекам.
Он наклонился к ней и, приподняв ее голову, заглянул ей в глаза.
- Так, значит, исправительный дом?
- Я смылась, а то бы меня зацапали, - отрывисто шептала она.
- Если я попадусь быкам, мне припаяют три года.
Он отпустил ее, и она, снова упав на пол, разразилась отчаянными рыданиями.
Доктор Макфейл встал.
- Это меняет дело, - сказал он.
- Теперь вы не можете требовать, чтобы она вернулась туда.
Она хочет начать жизнь снова, не отнимайте же у нее этой последней возможности.
- Я хочу предоставить ей ни с чем не сравнимую возможность.
Если она раскаивается, пусть примет свое наказание.
Она не уловила истинного смысла его слов и подняла голову.
В ее опухших от слез глазах мелькнула надежда.
- Вы меня отпустите?
- Нет.
Во вторник вы отплывете в Сан-Франциско.
У нее вырвался стон ужаса, перешедший в глухой, хриплый визг, в котором не было уже ничего человеческого. Она стала биться головой об пол.
Доктор Макфейл кинулся ее поднимать.
- Ну, ну, так нельзя.
Пойдите к себе и прилягте.
Я дам вам лекарство.
Он поднял ее и кое-как отвел вниз.
Он был очень зол на миссис Дэвидсон и на свою жену за то, что они не захотели вмешаться.
Метис стоял на площадке, и с его помощью доктору удалось уложить ее на кровать.
Она стонала и судорожно всхлипывала.
Казалось, она вот-вот лишится чувств.
Доктор сделал ей укол.
Злой и измученный, он поднялся в гостиную.
- Я наконец уговорил ее лечь.