– Да, на первой повозке пять, а на второй четыре.
Тяжкий труд, и я даже не помню, как я домой попал.
– И что же, ящики вы оставили в передней?
– Да, большая передняя, совершенно пустая.
Я предпринял еще одну попытку разузнать, что происходило дальше.
– А никаких ключей у вас не было?
– Мне не нужно было ни ключей, ни чего другого.
Старик сам открыл дверь и сам закрыл ее за мной, когда я перенес все на место.
Точнее не помню – все это проклятое пиво!
– И не можете вспомнить номер дома?
– Нет, сэр, но вы и так легко его найдете.
Такой высокий дом с каменным фасадом и аркой наверху и с высокими ступенями перед дверью.
Ступени я хорошо помню, я по ним таскал наверх ящики вместе с тремя бродягами, мечтавшими получить на чай.
Старик дал им по шиллингу; они увидели, что им так много дают, и стали требовать еще больше, тогда старик схватил одного из них за плечо и хотел спустить его с лестницы, только тогда они и ушли, ругаясь.
Я решил, что узнал достаточно, чтобы найти дом, и, заплатив своему приятелю за его сведения, поехал на Пикадилли.
Тут мне пришла в голову новая мысль: ведь граф сам мог убрать ящики.
Если так, то время дорого, теперь он в достаточной степени рассредоточил ящики и, оставаясь незамеченным, в любое время способен выполнить свое намерение.
У площади Пикадилли я отпустил свой кеб и пошел пешком. Недалеко от белой церкви я увидел дом, похожий на тот, что описывал Блоксмен, и убедился – передо мной очередное логово Дракулы.
У дома был такой запущенный вид, словно здесь давно никто не жил.
Ставни были распахнуты, и окна покрыты толстым слоем пыли.
Балки почернели от старости, а с железа облупилась краска.
До недавнего времени на передней части балкона, по-видимому, располагалась большая доска для объявлений, но потом ее грубо сорвали, сохранились только подпорки.
За балконной решеткой я разглядел несколько досок с еще не потемневшими торцами.
Я бы многое дал, чтобы увидеть эту доску объявлений целой: ведь она могла привести к владельцу дома.
Мой опыт расследования в Карфаксе подсказывал, что, если отыскать прежнего владельца, возможно, найдутся и способы проникнуть в дом.
Сейчас на Пикадилли мне больше нечего было делать, так что я обошел дом с обратной стороны, прикидывая, не узнаю ли чего-нибудь.
Там были извозчичьи дворы.
На Пикадилли я расспрашивал бывших поблизости конюхов и их помощников, не могут ли они мне что-нибудь рассказать о пустом доме.
Один из них сказал, что слышал, будто его недавно заняли, но неизвестно кто.
Он сказал еще, что раньше тут висела доска с объявлением о продаже дома, и, может быть,
«Митчел, сыновья и Кенди», агенты, которым была поручена продажа дома, что-нибудь и смогут сказать по этому поводу, так как, насколько ему помнится, он, кажется, видел название этой фирмы на объявлении.
Я старался не показывать виду, что мне это очень важно; и затем, поблагодарив его и, как обычно, дав полсоверена, я отправился дальше.
Сгущались сумерки, близился осенний вечер, так что я не хотел терять времени.
Разыскав адрес фирмы «Митчел, сыновья и Кенди» в адресной книге, я немедленно отправился в их контору на Секвилл-стрит.
Господин, встретивший меня, был невероятно любезен, но столь же и необщителен.
Сказав мне, что дом на Пикадилли продан, он считал вопрос исчерпанным.
Когда я спросил, кто его купил, он широко раскрыл глаза и, немного помолчав, ответил:
– Он продан, сэр.
– Прошу прощения, – сказал я так же любезно, – по ислючительно важным причинам мне необходимо знать, кто купил этот дом.
Он снова помолчал, затем, подняв брови еще выше, лаконично повторил:
– Он продан, сэр.
– Неужели, – сказал я, – вы больше ничего не скажете?
– Ничего, – ответил он. – Дела клиентов фирмы «Митчел, сыновья и Кенди» находятся в надежных руках.
Он меня как холодной водой окатил, и спорить с ним не было никакого смысла, так что, решив все же разойтись по-хорошему, я сказал:
– Счастливы клиенты, у которых такой хороший поверенный, столь ревностно стоящий на страже их интересов.
Я сам юрист. – Тут я ему подал свою визитную карточку. – В данном случае я действую не из простого любопытства, а по поручению лорда Годалминга, желающего узнать кое-какие подробности относительно имущества, которое, как ему казалось, недавно продавалось.
Эти слова изменили дело, он ответил еще любезнее:
– Если бы я мог, то охотно оказал бы услугу вам, а в особенности его светлости.
Мы выполняли его поручения и, между прочим, сняли для него несколько комнат, когда он еще был достопочтенным Артуром Холмвудом.
Если хотите, оставьте его адрес, я проконсультируюсь с представителями фирмы по этому поводу и при любом решении напишу лорду сегодня же.