Но трижды!
Опять приниматься за это отвратительное дело, едва закончив предыдущее! Это было ужасно с прелестной мисс Люси, а каково с этими незнакомками, которые пережили века и которые, если б могли, боролись за свои призрачные жизни…
О Джон, то была действительно работа мясника! Если бы не забота о других – и о мертвых, и о живущих, которые теперь находятся в большой опасности, я не смог бы продолжать.
Я дрожу, я дрожу еще и теперь, хотя, слава богу, мои нервы выдержали.
Если бы я не видел того спокойствия на лице первой женщины и той радости, которая на нем отразилась перед самым его разрушением, будучи доказательством того, что душа спасена, я бы не смог продолжать это кровопролитие.
Как только я выдержал все: хруст, с которым кол проходит сквозь тело, их страшные корчи, кровавую пену на губах!
Мне хотелось бежать в ужасе и бросить все так, как было.
Но теперь свершилось!
Мне жаль эти бедные души, достаточно вспомнить, какой ужас им пришлось пережить; но зато теперь они наслаждаются сном естественной смерти.
Ибо едва мой нож отсек голову каждой из них, как тела их тотчас начали рассыпаться и превратились в пыль, словно смерть, которая должна была прийти столетия тому назад, теперь наконец утвердилась в своих правах и громко заявила:
«Вот и я!»
Перед тем как покинуть замок, я так закрыл все входы, что граф уже больше никогда не сможет войти туда «не-мертвым».
Когда я вошел в круг, где спала мадам Мина, она проснулась и, увидев меня, вскрикнула:
– Пойдемте! Уйдемте прочь от этого ужасного места!
Пойдемте встречать моего мужа. Он, я знаю, он идет сюда.
Она была худа, бледна и слаба, но глаза ее были чисты и пылали огнем.
Я был рад видеть ее бледной и больной, так как еще помнил ужас, который испытывал перед румяным сном вампира.
Итак, с надеждой в груди, хотя все еще полные страха, мы идем на восток, навстречу нашим друзьям и тому, который – как говорит мадам Мина – сам идет к нам навстречу.
Дневник Мины Харкер
6 ноября. Было уже очень поздно, когда профессор и я направились на восток навстречу Джонатану.
Мы шли медленно, так как, хотя дорога и вела круто вниз под гору, нам приходилось тащить с собой тяжелые одеяла и теплые вещи, без которых мы боялись остаться в такой холод среди снегов.
Мы несли с собой и провизию, так как местность вокруг была совершенно пустынная и необитаемая.
Пройдя около мили, я устала и села отдохнуть.
Оглянувшись, мы увидели вырисовывавшийся на горизонте замок Дракулы.
Он предстал перед нами во всей своей красоте, построенный на высоте в тысячу футов на крутом утесе, окруженном глубокой пропастью, отделявшей от него со всех сторон обступившие горы.
Что-то дикое и таинственное было в этой местности.
Вдали слышался вой волков.
Судя по тому, как д-р Ван Хелсинг выбирал место, я поняла: он ищет стратегический пункт, где на нас никто не сможет напасть.
Через некоторое время профессор позвал меня.
Он нашел прелестное место, что-то вроде природной пещеры в скале.
Профессор взял меня за руку и втащил туда.
– Смотрите! – сказал он. – Здесь вы будете под защитой, а если волки придут, я убью одного за другим.
Он принес наши одеяла и приготовил мне удобное ложе, вынул провизию и заставил меня поесть.
Я не хотела есть, мне даже противно было прикоснуться к еде, и, несмотря на то что мне хотелось угодить ему, я никак не могла себя пересилить.
Это его очень огорчило, но упрекать меня он не стал.
Вынув из чемодана подзорную трубу, он встал на вершине утеса и начал изучать горизонт.
Вдруг он воскликнул:
– Взгляните!
Мадам Мина, взгляните! Взгляните!
Я вскочила и встала у него за спиной. Он передал мне трубу и начал показывать.
С высоты, на которой мы стояли, был хороший обзор, и далеко за белой снежной пеленой виднелась черная лента реки.
Прямо перед нами, невдалеке, – так близко, что я удивляюсь, как это мы раньше не замечали, – скакала группа всадников.
Она окружала несущуюся повозку, которая покачивалась с боку на бок на неровной дороге.
Судя по одежде, это были или крестьяне, или цыгане.
На повозке стоял большой четырехугольный ящик.
Сердце мое забилось сильнее, когда я это увидела, так как я чувствовала – развязка приближается.
Близился вечер, и я прекрасно знала, что при заходе солнца существо, которое сейчас бессильно, снова оживет и, приняв одно из своих многочисленных обличий, сможет спастись от нашего преследования.
В страхе я повернулась к профессору, но, к моему удивлению, его там не было.
Вскоре я увидела его внизу.
Он нарисовал круг вокруг скалы, точно такой, в каком мы прошлой ночью нашли убежище.