Я обернулся и поглядел на капитана Немо.
Этот страшный судия, настоящий архангел мести, не отрывал глаз от тонущего корабля.
Когда все кончилось, капитан Немо направился к своей каюте, отворил дверь и вошел к себе.
Я провожал его глазами.
На стене против двери, над портретами его героев, я увидал портрет еще молодой женщины и двух детей.
Капитан Немо несколько секунд смотрел на них, протянув к ним руки, затем упал на колени и горько зарыдал.
22. ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА КАПИТАНА НЕМО
Жуткое зрелище кончилось, и створы закрылись; но свет в салоне не зажегся.
Внутри подводного корабля царили безмолвие и мрак.
"Наутилус" уходил от места скорби с невероятной быстротой, на глубине ста метров.
Куда он шел?
На юг или на север?
Куда бежал этот человек, совершив свое ужасное, возмездие?
Я вернулся к себе в каюту, где молча сидели Консель и Нед.
Я чувствовал отвращение к капитану Немо.
Сколько бы он ни пострадал от других людей, он не имел права наказывать их так жестоко.
Он превратил меня если не в сообщника, то в свидетеля деяний своей мести!
Это уже слишком!
В одиннадцать часов дали свет.
Я прошел в салон.
В нем было пусто.
Я посмотрел на инструменты.
"Наутилус" несся к северу со скоростью двадцати пяти миль в час то на поверхности, то на тридцать футов ниже.
По отметкам на карте я видел, что мы прошли мимо Ла-Манша и с невероятной скоростью идем по направлению к северным морям.
Я еле успевал ловить глазами мелькавших перед окнами длинноносых акул, рыб-молотов, морских волков, частых посетителей этих вод, больших морских орлов, тучи морских коньков, похожих на шахматных коней, угрей, извивавшихся, как фейерверочные змейки, полчища крабов, плывших в наклонной плоскости, скрестив клешни на панцире, наконец стаи касаток, соперничавших с
"Наутилусом" в быстроте.
Но, конечно, о наблюдении, изучении, классификации не могло быть речи.
К вечеру мы прошли Атлантическим океаном двести миль.
Смеркалось, и до восхода луны море окутал мрак.
Ужасная сцена разгрома все время воскресала в моем воображении.
С этого дня кто мог сказать, куда нас увлечет
"Наутилус" в этом бассейне Северной Атлантики?
Все время шедший с непостижимой скоростью!
Все время в полупотемках!
Дойдет ли он до шпицбергенских кос, до круч Новой Земли?
Пройдет ли по неведомым морям - по Белому и Карскому, по Обскому заливу, архипелагам Ляхова, вдоль неизвестных берегов Азиатского материка?
Трудно сказать.
Не знаю, сколько прошло времени.
Время остановилось на судовых часах.
Казалось, день и ночь шли не обычным чередом, а как в полярных странах.
Я чувствовал себя во власти фантастического мира, где так свободно вращалось больное воображение Эдгара По.
Каждую минуту я был готов увидеть мифического Гордона Пима, "эту туманную человеческую фигуру, гораздо большего объема, чем у любого обитателя земли, распростертого поперек водопада, который преграждает доступ к полюсу!"
Я предполагаю, - может быть, и ошибочно, - что отважный бег
"Наутилуса" длился пятнадцать или двадцать дней, и неизвестно, сколько бы он продолжался, если бы не катастрофа, закончившая это путешествие.
О капитане Немо не было ни слуху ни духу.
О помощнике капитана - не больше.
Ни один человек из экипажа не появлялся ни на одну секунду.
Почти все время
"Наутилус" держался под водой.
Когда он поднимался на поверхность, чтобы обновить воздух, створы открывались и закрывались автоматически.