Сети
"Наутилуса" принесли разного рода морских черепах, из которых в промысловом отношении самые ценные большие черепахи - каретты с выпуклым костяным панцирем, роговые пластинки которого идут для художественных изделий.
Эти пресмыкающиеся легко ныряют и могут очень долго держаться под водою, закрыв мясистый клапан у наружного носового отверстия.
Некоторые из пойманных каретт еще спали, спрятавшись в свой панцирь, служивший им защитой от морских животных.
Мясо этих черепах невкусно, но яйца их составляют лакомое блюдо.
Что касается рыб, мы постоянно приходили от них в восхищение, проникая сквозь хрустальные стекла окон в тайны их подводной жизни.
Тут я обнаружил многие виды рыб, которые мне еще не случалось встречать в натуре.
Прежде всего назову кузовков, которые преимущественно водятся в водах Красного моря.
Индийского океана и у берегов Центральной Америки.
Эти рыбы, как и черепахи, броненосцы, морские ежи и ракообразные, защищены панцирем, но не известковым, не кремнеземовым, а совершенно костяным, состоящим из плотно прилегающих друг к другу шестигранных или четырехгранных пластинок.
Мое внимание привлекли кузовки с трехгранным панцирем, коричневым хвостом и желтыми плавниками; некоторые особи достигали в длину полдециметра; мясо их питательно и превосходно на вкус, и я советовал бы акклиматизировать этот вид кузовков в пресных водах, в которых, кстати сказать, многие морские рыбы легко приживаются.
Упомяну также кузовков с четырехгранным панцирем, у которых над глазами выступают четыре сильных шипа, так называемых четырехрогих; кузовков крапчатых с белыми точками на брюшке, которые, подобно птицам, легко становятся ручными; тригонов или хвостоколов, род скатов, с длинным, тонким хвостом с иглой на его спинной стороне, которых за их своеобразное хрюканье прозвали "морскими свиньями"; наконец, "дромадеров" с конусообразным горбом на спине, мясо которых жестко и мало съедобно.
В ежедневных записях Конселя отмечены некоторые рыбы из рода иглобрюхов, характерные обитатели здешних морей; spengleriens с красной спинкой, белой грудкой, примечательные своими тремя продольными прожилками на спине, электрические рыбы длиною в семь дюймов самых ярких расцветок.
Затем, как образцы других родов, яйцевидные, бесхвостые, темно-коричневого, почти черного цвета в белую полоску; диодоны, настоящие морские дикообразы, усаженные шипами и способные раздуваться точно шар, ощетинившийся колючками; морские коньки, водящиеся во всех океанах; летучий пегасик с вытянутым рыльцем и грудными плавниками в виде крыльев, позволявшими если не летать, то все же выскакивать в воздух; плоскоголовики с хвостом, сплошь унизанным чешуйчатыми кольцами; длинночелюстные макрогнаты, превосходные рыбы в двадцать пять сантиметров длиной, блистающие великолепною окраской самых приятных тонов; и тут же рядом, окрашенные в явственно свинцовый цвет, плоскоголовики с шершавой головкой; мириады прыгающих собачек, сплошь в черных полосках, с длинными грудными плавниками, скользившими с удивительной быстротой у поверхности вод; прелестные парусники-хирурги, вздымавшие свои плавники, точно паруса при попутном ветре; блистательные рыбки-дракончики, которых природа одела в охру и лазурь, в золото и серебро; гурами с волокнистыми плавниками; из семейства бычковых упомянут рявец, вечно испачканный в тине и при трении костей жаберной крышечки о другую издающий шум; тригла, род барвены, печень которой считается ядовитой; каменный окунь с подвижными веками глазниц; наконец, брызгуны, с длинным трубчатым рылом, настоящие океанские мухоловки, вооруженные ружьями, о которых не мечтали ни Шаспо, ни Ремингтон: из них убивают насекомых одной каплей воды!
Из рыб, относящихся по классификации Ласапеда к восемьдесят девятому роду отряда костистых, отличительным признаком которых является наличие жаберной крышки и перепонки, я заметил скорпену с чудовищной формы головой и сильно развитой колючей частью спинного плавника; у некоторых представителей этой группы в зависимости от рода, к которому они принадлежат, область туловища и хвоста покрыта чешуями, у других же остается довольно широкое незащищенное пространство.
Ко вторым относятся бугорчатка двуперая длиною в три-четыре дециметра, с желтыми полосами на туловище и головой самого фантастического вида.
Что касается первого рода, он представлен многими образцами фантастической рыбы, справедливо названной "морской жабой", большеголовой рыбы с коротким мозолистым туловищем; от множества тупых шипов, усеявших тело, образовались вздутия и глубокие впадины; некоторые виды этих рыб снабжены иглами на задней части головы.
Уколы их опасны.
Вид этих рыб ужасен и внушает отвращение.
С 21 по 23 января
"Наутилус" шел со скоростью двести пятьдесят лье в сутки; иначе говоря, он делал пятьсот сорок миль в двадцать четыре часа, или двадцать две мили в час.
Нам довелось наблюдать лишь за теми рыбами, которые следовали за нами в полосе света, отбрасываемого прожектором
"Наутилуса".
Но при быстроте хода нашего судна ряды нашего эскорта постепенно редели, и лишь немногие рыбы соревновались еще некоторое время в быстроте бега с
"Наутилусом".
Утром 24 января, под 12o15' южной широты и 94o33' долготы, мы увидели остров Килинг, кораллового происхождения, сплошь покрытый великолепными кокосовыми пальмами.
В свое время его посетили Дарвин и капитан Фиц-Рой.
"Наутилус" прошел на близком расстоянии от берегов этого необитаемого острова.
Драги выловили множество образцов разного рода полипов и иглокожих, а также любопытных раковин моллюсков.
Несколько драгоценных экземпляров раковин дельфинок пополнили сокровищницу капитана Немо, к которой я присоединил одного представителя звездчатых кораллов, часто поселяющихся на раковинах двустворчатых моллюсков.
Вскоре остров Килинг скрылся за горизонтом, и мы направили свой путь на северо-запад к южной оконечности Индийского полуострова.
- Цивилизованные страны! - сказал мне в тот день Нед Ленд.
- Это будет получше островов Папуа, где больше дикарей, чем диких коз!
В Индии, господин профессор, есть шоссейные и железные дороги, города английские, французские и индусские.
Тут на каждом шагу встретишь земляка!
А что, не пора ли нам распрощаться с капитаном Немо?
- Нет, Нед, нет! - отвечал я весьма решительно.
- Пусть будет что будет, как говорите вы, моряки.
"Наутилус" держит курс на континенты.
Приближается к европейским берегам.
Пусть он доставит нас туда.
А вот, когда мы войдем в европейские моря, тогда посмотрим, что подскажет нам благоразумие.
Впрочем, я не думаю, чтобы капитан Немо позволил нам охотиться на Малабарских и Коромандельских берегах, как в лесах Новой Гвинеи.
- Ну, что ж, сударь!
Придется обойтись без его позволенья?
Я не ответил канадцу.
Я не хотел затевать спора.
В глубине души я решил испытать все превратности судьбы, бросившей меня на борт
"Наутилуса".
Пройдя остров Килинга, мы замедлили ход.