Годфри Лоуелл сразу же подал на апелляцию, но тут же предупредил нас, что даже если еще один суд и состоится, надежды на успех без каких-либо новых доказательств невиновности было мало.
Мы были ошеломлены приговором.
Кэтрин не вставала с постели, но уже не от желания отгородиться от всех, а просто по необходимости, и ее ежедневно навещал доктор Симондс.
Побледневшая, похудевшая и непохожая на себя Джуди слонялась по комнатам как привидение, неотступно пытаясь все же разгадать загадку и по-прежнему ни на секунду не сомневаясь в невиновности Джима.
— Он кого-то покрывает, — говорила она.
— Он видел-таки того человека на склоне.
Он стоял в двадцати футах от тропинки. Эти замечательные супруги Деннис разглядели его достаточно хорошо, чтобы сказать, что на нем был костюм для гольфа и он вытирал руки, д человек, о котором он говорит, почти с ним столкнулся.
Дядя Джим его видел и узнал.
Он знает, но не говорит.
И Уолли знает.
Поэтому и убежал, чтобы не говорить.
Она выглядела так, как будто вообще не спала. Я сама каждый вечер выпивала таблетку снотворного, а потом лежала без сна до рассвета.
Я опять осталась одна, так как Лаура уехала к своим детям.
По дороге на станцию она шумно рыдала и пообещала приехать как можно скорее.
Из всех членов нашей маленькой семьи в городе оставались только Кэтрин, Джуди и я. Уолли так и не появился.
Это его дезертирство меня чрезвычайно разозлило.
Он знал то, что могло спасти Джима, и — уехал.
Прятался где-то, пережидая, пока все не уляжется.
Но двадцать седьмого июня позвонил служащий из клуба Уолли, где он, оказывается, не появлялся уже с двадцать второго июня, со вторника. А была уже следующая среда.
— К нам для него пришло несколько писем, — сообщил этот официант.
— И есть одно весьма срочное дело. Мы хотели бы узнать, как с ним можно связаться?
— Срочное дело?
— Да.
Каждый день звонит какая-то женщина.
Сегодня она уговорила меня пойти наверх и посмотреть его комнату.
Она, кажется, думает, что с его отсутствием не все в порядке.
Она и попросила меня позвонить вам.
— Не в порядке… — повторила я, ощущая уже знакомое с недавнего времени мрачное предчувствие.
— А что именно она думает?
Она не назвалась?
— Нет.
По-моему, женщина молодая.
Я не хочу вас излишне тревожить, но она сильно нервничает.
Даже сказала о том, что пора сообщать в полицию.
— А по какой причине, не сказала?
— Нет. Вообще-то, я только что спустился из его комнаты.
И мне не показалось, что он собирался уезжать более или менее надолго.
Одежда вся на месте.
Но машины нет.
Все же, я думаю, вам не надо слишком уж волноваться. Вы знаете, он иногда делал неожиданные вещи.
Если бы эта женщина не была так возбуждена…
— Значит, его машины нет?
— В гараже нет.
Да, нет с вечера прошлой среды.
Поскольку теперь уже был вторник, он отсутствовал уже шесть дней.
Могло, конечно, случиться и так, как сразу же подумала Джуди: он просто «смылся». Но я все же не была в этом уверена до конца.
Трудно было себе представить, что Уолли путешествует вот так, совсем налегке: без одежды и зубной щетки.
Я действительно забеспокоилась.
Кто же звонил в клуб?
Мэри Мартин? Если так, то почему она упоминала о полиции?