Я не нищая; не больше, чем вы и ваши молодые хозяйки.
Помолчав, она сказала:
- Этого я никак в толк не возьму, - ведь у вас нет ни дома, ни денег?
- Отсутствие дома или денег еще не означает нищенства в вашем смысле слова.
- Вы из ученых? - спросила она вслед за этим.
- Да.
- Но вы никогда не были в пансионе?
- Я была в пансионе восемь лет.
Она широко раскрыла глаза.
- Так почему же вы не можете заработать себе на хлеб?
- Я зарабатывала и, надеюсь, опять буду зарабатывать.
Что вы собираетесь делать с этим крыжовником? - спросила я, когда она принесла корзину с ягодами.
- Положу в пироги.
- Дайте мне, я почищу.
- Нет, я не позволю вам ничего делать.
- Но я должна же что-нибудь делать; дайте.
Ханна согласилась и даже принесла чистое полотенце, чтобы прикрыть мое платье.
- Не то испачкаетесь, - пояснила она.
- Вы не привыкли к грязной работе, я вижу это по вашим рукам.
Может быть, вы были портнихой?
- Нет, вы ошибаетесь.
Да и не все ли равно, чем я была, пусть вас это не беспокоит. Скажите лучше, как называется эта усадьба?
- Одни называют ее Марш-энд, другие - Мурхауз.
- А джентльмена, который здесь живет, зовут мистер Сент-Джон?
- Нет, он не живет здесь; он только гостит у нас.
А живет он в своем приходе в Мортоне.
- Это деревушка в нескольких милях отсюда?
- Ну да.
- Кто же он?
- Он пастор.
Я вспомнила ответ старой экономки из церковного дома, когда я выразила желание повидать священника.
- Так, значит, это дом его отца?
- Ну да; старый мистер Риверс жил здесь, и его отец, и дед, и прадед.
- Значит, имя этого джентльмена - мистер Сент-Джон Риверс?
- Сент-Джон - это его имя, а Риверс фамилия.
- А его сестер зовут Диана и Мери Риверс?
- Да.
- Их отец умер?
- Умер три недели назад от удара.
- Матери у них нет?
- Хозяйка умерла ровно год назад.
- Вы долго прожили в этой семье?
- Я живу здесь тридцать лет.
Всех троих вынянчила.
- Значит, вы честная и преданная служанка.
Я отдаю вам должное, хотя вы и были невежливы, что назвали меня нищенкой...
Она снова с изумлением посмотрела на меня.
- Видно, я, - сказала она, - здорово ошиблась на ваш счет; но тут шляется столько всякого жулья, что вы должны простить меня.
- ...и хотя вы, - продолжала я строго, - собрались прогнать меня в такую ночь, когда и собаку не выгонишь.
- Ну да, это было нехорошо; но что поделаешь!