Знаете ли вы, - продолжал он, придвигая свой стул поближе к столу и понижая голос, - что в доме жила одна... дама... сумасшедшая?
- Я кое-что слышала об этом.
- Ее держали под очень строгим надзором: многие даже не верили, что она там.
Никто ее не видел, ходили только слухи, будто такая особа живет в замке; а кто и что она, этого никто не знал.
Говорили, будто мистер Эдвард привез ее из-за границы и что будто бы она была раньше его любовницей.
Но год назад случилась странная история, очень странная история.
Я боялась, что услышу рассказ о самой себе, и попыталась вернуть его к основной теме.
- А эта дама?
- Эта дама, сударыня, - отвечал он, - оказалась женой мистера Рочестера!
И выяснилось это самым странным образом.
В замке жила молодая особа, гувернантка, которую мистер Рочестер...
- Ну, а пожар? - прервала его я.
- Я к нему и веду... в которую мистер Рочестер влюбился прямо-таки по уши.
Слуги рассказывали, что отроду не видели ничего подобного. Хозяин ходил за ней по пятам.
Они все, бывало, подглядывали за ним, - вы знаете, сударыня, служанки охотницы до этого. И говорят, он в ней души не чаял; только он один и видел в ней какую-то красоту.
Так - фитюлечка, вроде девчонки!
Я-то ее никогда не видел, но мне рассказывала о ней горничная Ли.
Та ее хвалила.
Ну, мистеру Рочестеру уже под сорок, а этой гувернантке не было и двадцати; а знаете, когда джентльмен его возраста влюбится в такую вертушку, то иной раз кажется, что его околдовали.
Так вот, он задумал на ней жениться.
- Об этом вы мне расскажете в другой раз, - остановила я хозяина, - а сейчас мне по некоторым причинам хотелось бы услышать подробности о пожаре.
Были подозрения, что дело не обошлось без этой сумасшедшей, миссис Рочестер?
- Вы угадали, сударыня: теперь известно, что как раз она, а не кто другой, подожгла дом.
При ней состояла одна женщина, которая ухаживала за ней, миссис Пул. Толковая женщина и вполне надежная, только водился за ней один грешок, - этим грехом страдают многие сиделки и вообще пожилые женщины: она всегда держала при себе бутылку джина, и порой ей случалось хлебнуть лишнее.
Оно и понятно - уж больно тяжелая была у нее жизнь; но лучше бы она этим не занималась. Бывало, только миссис Пул заснет после изрядной порции джина с водой, как сумасшедшая, которая была хитра, как черт, достает ключи из ее кармана, выходит из своей комнаты, отправляется бродить по дому и выкидывает всякие штучки, какие придут ей в голову.
Говорят, она один раз чуть не сожгла своего мужа, когда он спал; но об этом я ничего не знаю.
Так вот, в ту ночь она сперва подожгла занавески в комнате рядом, а потом спустилась этажом ниже и направилась в гувернанткину спальню (словно она обо всем догадывалась и хотела сжить ее со свету) и подожгла кровать; но, к счастью, там никто не спал.
Гувернантка сбежала за два месяца до этого, и хотя мистер Рочестер разыскивал ее, как какое-то сокровище, ему ничего не удалось узнать про нее, и он прямо-таки обезумел от горя; он никогда не был тихого нрава, а как ее потерял, начал прямо на людей кидаться, никого не желал видеть.
Миссис Фэйрфакс, свою экономку, он отправил к родным, но поступил с ней по совести, назначил ей пожизненную пенсию; и стоило - она очень хорошая женщина.
Мисс Адель, свою воспитанницу, он поместил в школу.
Он раззнакомился со всеми окрестными дворянами и заперся, как отшельник, в замке.
- Как! Разве мистер Рочестер не уехал из Англии?
- Уехал из Англии?
Бог с вами! Нет!
Он порога собственного дома не переступал, только по ночам бродил, словно привидение, по парку и по фруктовому саду, будто помешанный; а мне сдается, он и был помешанным, - потому что не было на свете, сударыня, такого умного, гордого и смелого джентльмена, как он, пока не пошла ему наперекор эта пигалица гувернантка.
Он не пил, не играл ни в карты, ни на скачках, как иные прочие, и хоть не был слишком красив собой, но уж в храбрости никому не уступит, и вообще человек был с характером.
Я его знал еще мальчиком и не раз жалел, что мисс Эйр не свернула себе шею до приезда в Торнфильдхолл.
- Значит, мистер Рочестер был дома, когда вспыхнул пожар?
- А то как же! Он поднялся на верхний этаж, когда все кругом уже пылало, разбудил спавших слуг и сам помог им спуститься вниз, а затем вернулся, чтобы спасти свою сумасшедшую жену.
Тут ему крикнули, что она на крыше; и действительно, она стояла там, размахивая руками над башней, и кричала так, что ее было слышно за целую милю; я слышал ее и видел собственными глазами.
Высокая женщина, длинные черные волосы; они так и развевались среди пламени.
Я видел, да и другие тоже, как мистер Рочестер вылез через слуховое окно на крышу; мы слышали, как он крикнул "Берта!", а потом подошел к ней.
И тогда, сударыня, она вдруг завопила да и прыгнула вниз, - и через миг уже лежала, разбившись вдребезги, на камнях.
- Мертвая?
- Мертвая?
Ну да, мертвая, как камни, на которые брызнули ее мозги и кровь.
- Боже мой!
- Да уж, сударыня, страшная была картина.
Он невольно содрогнулся.
- А потом? - допытывалась я.