Пламя озаряло ее протянутую руку. Настороженная, взволнованная всем происшедшим, я сразу обратила внимание на эту руку.
Рука была так же молода, как и моя: нежная и сильная, гибкие, стройные пальцы; на мизинце блеснуло широкое кольцо, наклонившись вперед, я взглянула на него и тут же узнала перстень, который видела перед тем тысячу раз.
Я снова посмотрела ей в лицо; теперь оно уже не было отвращено от меня, цыганка сбросила чепец и повязку. Голова ее склонилась.
- Ну что, Джен, узнаете меня - спросил знакомый голос.
- Вам остается только снять красный плащ, сэр, и тогда...
- Но завязки затянулись, помогите мне.
- Разорвите их, сэр.
- Ну вот. Итак, прочь личину! - И, сбросив с себя свой наряд, мистер Рочестер предстал передо мной.
- Послушайте, сэр, что за странная идея?
- А ведь ловко сыграно, правда?
- С дамами у вас, наверно, вышло удачнее.
- А с вами нет?
- Со мной вы вели себя не как цыганка.
- А как кто?
Как я сам?
- Нет, как легкомысленный комедиант.
Словом, вы хотели что-то выведать у меня или во что-то вовлечь меня. Вы болтали глупости, чтобы заставить меня болтать глупости.
Это едва ли хорошо, сэр.
- Вы простите меня, Джен?
- Не могу сказать, пока всего не обдумаю.
Если я во зрелом размышлении найду, что не наговорила слишком много вздора, то постараюсь простить вас; но вам не следовало этого делать.
- О, вы вели себя очень корректно, очень осторожно, очень благоразумно.
Я обдумала все происшедшее и пришла к выводу, что мистер Рочестер прав.
Это меня успокоило. Ведь я действительно была настороже с самого начала этого свидания.
Я чувствовала, что за всем этим кроется какая-то мистификация, но мне и в голову не приходило, что цыганка - мистер Рочестер.
- Ну, - сказал он, - над чем вы задумались?
Что означает эта торжествующая улыбка?
- Я удивлена и поздравляю себя, сэр.
Надеюсь, вы разрешите мне теперь удалиться?
- Нет, подождите еще минутку и расскажите мне, что делают эти люди там, в гостиной.
- Вероятно, говорят о цыганке.
- Сядьте, расскажите, что они говорят обо мне?
- Я бы не хотела, сэр, оставаться дольше; вероятно, уже около одиннадцати часов.
Ах да, знаете ли вы, мистер Рочестер, что, после того как вы утром уехали, сюда прибыл еще один гость?
- Гость? Нет. Кто же это?
Я никого не ждал. Он уехал?
- Нет. Он сказал, что знает вас давным-давно и что берет на себя смелость расположиться здесь до вашего возвращения.
- Ах, дьявол!
Он назвал себя?
- Его фамилия Мэзон, сэр. Он приехал из Вест-Индии, из Спаништауна на Ямайке.
Мистер Рочестер держал меня за руку, словно собираясь подвести к креслу.
Когда я произнесла имя гостя, он судорожно стиснул мою кисть. Улыбка на его губах застыла, дыхание как будто остановилось.
- Мэзон! Из Вест-Индии! - сказал он, и эти слова прозвучали так, словно их произнес автомат: - Мэзон!
Из Вест-Индии! - И он трижды повторил эти слова, все с большими промежутками, видимо, не отдавая себе в этом отчета.
- Вам нехорошо, сэр? - спросила я.
- Джен, вы нанесли мне удар. Вы нанесли мне удар, Джен!
- Он покачнулся.
- О сэр, облокотитесь на меня!
- Джен, вы когда-то предложили мне ваше плечо, - дайте мне опереться на него еще раз.
- Конечно, сэр, конечно! И вот моя рука.