- Не сплю, сэр.
- Одеты?
- Да.
- Тогда выходите, только тихонько.
Я вышла.
В коридоре стоял мистер Рочестер, держа свечу.
- Вы мне нужны, - сказал он, - идите за мной. Не спешите и не шумите.
На мне были легкие туфли, я ступала по ковру бесшумно, как кошка.
Мистер Рочестер поднялся по лестнице и остановился в темном и низком коридоре все того же рокового третьего этажа; я остановилась рядом с ним.
- У вас есть губка в вашей комнате? - спросил он шепотом.
- Да, сэр.
- А есть у вас соли, нюхательные соли?
- Да.
- Пойдите и принесите.
Я вернулась, нашла на умывальнике губку и в комоде соли и опять поднялась наверх. Он ждал меня, в руке у него был ключ. Подойдя к одной из низеньких черных дверей, он вложил ключ в замок, помедлил и снова обратился ко мне:
- Вы не упадете в обморок при виде крови?
- Думаю, что нет, хотя мне трудно за себя поручиться.
Я почувствовала тайный трепет, отвечая ему. Но ни страха, ни слабости.
- Дайте мне вашу руку, - сказал он. - Не стоит рисковать обмороком.
Я вложила свои пальцы в его руку.
- Она теплая и крепкая и ничуть не дрожит, - заметил он и, повернув ключ в замке, открыл дверь.
Я вошла в комнату, которую мне уже однажды показывала миссис Фэйрфакс, - в тот первый день, когда мы осматривали дом. Стены были затянуты гобеленами, но теперь они в одном месте были приподняты, и я увидела потайную дверь.
Эта дверь была открыта. В соседней комнате горел свет, и оттуда доносилось странное хриплое рычание, словно там находилась злая собака.
Мистер Рочестер поставил свечу на пол и, сказав мне:
"Подождите минутку", прошел в смежную комнату.
Он был встречен взрывом смеха, сначала оглушительным, затем перешедшим в характерное для смеха Грэйс Пул жуткое и раздельное "ха-ха".
Значит, она была там.
Видимо, он дал какие-то указания молча, хотя кто-то к нему и обратился вполголоса. Потом вышел и запер за собою дверь.
- Сюда, Джен, - сказал он. Мы обогнули широкую, с задернутым пологом кровать, которая занимала значительную часть комнаты.
Возле изголовья стояло кресло. В нем сидел мужчина, полуодетый; он молчал, голова была откинута назад, глаза закрыты.
Мистер Рочестер поднес ближе свечу, и я узнала в этом не подававшем никаких признаков жизни бледном человеке сегодняшнего приезжего, Мэзона.
Я заметила также у него под мышкой и на плече пятна крови.
- Держите свечу, - сказал мистер Рочестер; и я взяла у него свечу.
Он взял с умывальника таз с водой. - Держите, - сказал он. Я повиновалась. Окунув губку в воду, он провел ею по мертвенно-бледному лицу Мэзона. Спросил мой флакон с солями и поднес его к ноздрям гостя.
Мистер Мэзон вскоре приоткрыл глаза. Он застонал.
Мистер Рочестер распахнул рубашку раненого, плечо и рука которого были перевязаны, смыл губкой кровь, стекавшую крупными каплями.
- Что со мной? Я тяжело ранен? - пробормотал мистер Мэзон.
- Пустяки!
Небольшая царапина!
Только не раскисай, будь мужчиной!
Я сейчас сам отправлюсь за врачом. К утру мы, надеюсь, увезем тебя отсюда.
Джен! - продолжал он, обращаясь ко мне.
- Да, сэр?
- Мне придется оставить вас здесь с этим джентльменом на час или два; вы будете вытирать губкой кровь, как я вытирал сейчас, если она появится. А если ему сделается дурно, вы дадите ему выпить воды из этого вот стакана и понюхать соли из вашего флакона.
Вы не должны разговаривать с ним ни под каким предлогом. Помни, Ричард, я запрещаю тебе под страхом смерти разговаривать с ней. Достаточно тебе открыть рот и пошевельнуться, и я не отвечаю за последствия.
Бедный Мэзон снова застонал; он сидел неподвижно - боязнь смерти, а может быть и чего-то другого, точно парализовала его.
Мистер Рочестер вложил мне в руку окровавленную губку, и я начала стирать кровь, как делал он.
Несколько секунд он наблюдал за мной, затем сказал:
"Не забудьте - никаких разговоров", - и вышел из комнаты.
Странное я испытала чувство, когда ключ повернулся в замке и звук удаляющихся шагов мистера Рочестера замер вдали.