Мистер Кейн будет на его похоронах.
Лестер слушал почтительно, хотя и несколько рассеянно.
Спустившись вниз, он встретил Луизу.
Она была шикарна — вернее слова не сыщешь.
Вышитое стеклярусом черное шелковое платье облегало ее стройную фигуру, рубиновая брошь очень шла к смуглой коже и черным волосам.
Взгляд ее черных глаз пронизывал насквозь.
— А, это ты Лестер! — воскликнула она.
— Когда вернулся? Поосторожнее с поцелуями, я еду в гости и уже напудрилась.
Ах ты, медведь!
Лестер крепко обнял ее и звонко поцеловал.
Она с силой оттолкнула его.
— Я смахнул не так уж много пудры, — сказал он.
— А ты возьми пуховку и подбавь!
— И он прошел в свою комнату переодеться к обеду.
Обычай переодеваться к обеду был введен в семействе Кейнов в последние годы.
Гости бывали так часто, что это стало в некотором роде необходимостью, и Луиза была на этот счет особенно педантична.
В этот вечер ждали Роберта и чету Барнет — старых друзей отца и матери, так что обед, конечно, предстоял торжественный.
Лестер знал, что отец дома, но не спешил его повидать.
Он думал о последних двух днях, проведенных в Кливленде, и гадал, когда опять увидит Дженни.
Глава XX
Переодевшись, Лестер спустился вниз и застал отца в библиотеке за чтением газеты.
— Здравствуй, Лестер! — сказал отец, глядя на него поверх очков и протягивая руку.
— Откуда ты?
— Из Кливленда, — с улыбкой ответил сын, обмениваясь с отцом рукопожатием.
— Роберт говорил мне, что ты был в Нью-Йорке.
— Да, был.
— Как поживает мой старый друг Арнольд?
— Все так же, — ответил Лестер.
— Он совсем не стареет.
— Надо полагать, — весело сказал Арчибалд Кейн, словно услыхал комплимент собственному крепкому здоровью.
— Он всегда был воздержан.
Настоящий джентльмен.
— Он прошел с сыном в гостиную; они толковали о деловых и семейных новостях, пока бой часов в холле не возвестил собравшимся наверху, что обед подан.
Лестер отлично чувствовал себя в пышной столовой, обставленной в стиле Людовика XV.
Он любил свой дом и домашних — мать, отца, сестер и старых друзей семьи.
Итак, он улыбался и был необычайно весел.
Луиза сообщила, что во вторник Ливеринги дают бал, и спросила, поедет ли Лестер.
— Ты же знаешь, я не танцую, — сказал он сухо.
— Что мне там делать?
— Не танцуешь?
Скажи лучше, что не хочешь танцевать.
Просто ты слишком обленился.
Уж если Роберт иногда танцует, так ты и подавно можешь.
— Где же мне угнаться за Робертом, я не так подвижен, — беспечно заметил Лестер.
— И не так любезен, — уколола его Луиза.
— Возможно, — сказал Лестер.
— Не затевай ссору, Луиза, — благоразумно вставил Роберт.
После обеда они перешли в библиотеку, и Роберт немного потолковал с братом о делах.
Надо пересмотреть кое-какие контракты.
Он хотел бы выслушать мнение Лестера.