— Не обращайте на меня внимания, — успокоил он их. — Оставайтесь у нас, сколько захотите.
Иль, может, вы думали вернуться в Мелчестер вечерним поездом?
Ну, так самим вам ни за что отсюда не выбраться, потому как местности здешней вы не знаете.
Я, конечно, мог бы проводить вас, да только поезд все равно уже прошел.
Они вскочили.
— Да что, вы можете у нас переночевать, верно, мать?
Располагайтесь, как дома.
Правда, спать будет жестковато, но бывает и хуже.
— Он повернулся к Джуду и спросил потихоньку: — Вы муж и жена?
— Тс-с!.. Нет! — ответил Джуд.
— Ну, да я ничего плохого не думал!
Тогда, стало быть, она может устроиться в комнате у матери, а мы с вами ляжем в проходной, когда они уйдут к себе.
Рано утром я разбужу вас, чтобы поспеть на первый поезд.
На последний-то вы все равно опоздали.
Подумав, они решили принять это предложение и остались. Вместе с пастухом и его матерью они поужинали вареной свининой с овощами.
— А мне здесь нравится, — сказала Сью, когда хозяева стали убирать со стола.
— Никаких законов, кроме закона тяготения и естественного развития.
— Это тебе только кажется, что нравится, а на самом деле это не так. Ты — продукт цивилизации, — сказал Джуд, вспоминая о ее помолвке и чувствуя некоторую обиду.
— Что ты, Джуд, вовсе нет.
Я люблю читать и все такое, но мне хотелось бы жить так, как я жила в детстве вернуться к свободе.
— Так ли уж хорошо ты ее помнишь?
Мне кажется! жизнь без всяких условностей — это не для тебя.
— Не для меня?
Ты не знаешь, кто я в душе.
— Кто же?
— Исмаилитка.
— Городская мисс — вот ты кто!
Она взглянула на него c суровым неодобрением и отвернулась.
Пастух разбудил их на другое утро, как обещал.
Было солнечно и ясно, и четыре мили до станции они прошла с удовольствием.
Приехав в Мелчеетер, они отправились на Соборную площадь, и когда перед глазами Сью выросли фронтоны старинного здания, в котором ей снова предстояло стать затворницей, в глазах ее мелькнул испуг.
— Ой, и попадет же мне, наверное, — прошептала она.
Они позвонили в большой колокол и ждали.
— Ах да, чуть не забыла: я кое-что захватила для тебя, — быстро сказала она и порылась в кармане.
— Моя новая фотография.
Хочешь?
— Еще бы!
Он с радостью взял карточку, и в это время подошел привратник.
Когда он открывал калитку, взгляд его не сулил ничего доброго.
Сью вошла и, обернувшись, помахала Джуду рукой.
III
Семьдесят девиц в возрасте от девятнадцати до двадцати одного года, — впрочем, были среди них и постарше, — жившие в своего рода монастыре, именуемом мелчестерской педагогической школой, представляли собою весьма разношерстное общество: в него входило дочери ремесленников, священников, врачей, лавочников, фермеров, торговцев молочными продуктами, солдат, матросов и крестьян.
В описанный нами выше вечер они сидели в большой классной комнате, как вдруг разнесся слух, что Сью Брайдхед не вернулась до закрытия ворот.
— Она ушла со своим кавалером, — сказала студентка второго курса, которая знала толк в кавалерах.
— Мисс Трейсли видела их на вокзале.
Ох, и влетит ей, когда она вернется.
— Она говорила, что он ее двоюродный брат, — заметила совсем юная девушка из новеньких.
— Эту отговорку слишком часто пускали в ход, и теперь она уже никого не спасет, — сухо бросила староста курса.
Дело в том, что всего год назад была прискорбным образом совращена одна из учениц, которая пользовалась тем же предлогом для свиданий со своим возлюбленным.
Это происшествие вызвало скандал, и с тех пор дирекцию приводило в ярость одно лишь упоминание о кузенах.