И тут Джуд с изумлением узнал лицо Арабеллы.
Зайди она в его отделение, она бы увидела его.
Но она этого не делала, так как его отделение обслуживала девушка, стоявшая по другую сторону стойки.
На Эбби было черное платье с манжетами и широким воротником из белого полотна, она пополнела, что подчеркивал букетик желтых нарциссов, приколотый слева на груди.
В отделении, куда она зашла, на спиртовке, горевшей синим огнем, стоял Оцинкованный сосуд с водой, над которым поднимался пар. Джуд видел все это в зеркале за ее спиной, отражавшем также лица мужчин, которых она обслуживала; один из них, красивый и беспутный малый, по всей видимости студент, рассказывал ей какое-то забавное приключение.
— Ах, мистер Кокмен!
Как можно рассказывать такие истории целомудренной женщине! — весело воскликнула она.
— Скажите-ка, мистер Кокмен, что вы делаете, чтобы ваши усы так красиво завивались?
Юноша был чисто выбрит, и ее шутка вызвала смех по его адресу.
— Полно вам! — сказал он.
— Мне кюрасо и огоньку, пожалуйста!
Она налила ликер из красивой бутылки, зажгла спичку и поднесла ему, ожидая с лукавой услужливостью, пока он прикурит.
— Ну, какие вести от вашего муженька, милочка? — спросил он.
— Никаких, — ответила она.
— Так где же он?
— Я оставила его в Австралии, думаю, он все еще там.
У Джуда глаза полезли на лоб.
— Отчего же все-таки вы с ним расстались?
— Не задавайте вопросов — не услышите лжи.
— Что ж, в таком случае дайте мне сдачу, которую вот уже четверть часа вы так любовно храните у себя, и я исчезну на улицах этого живописного города.
Она протянула ему через стойку сдачу, и он, беря деньги, поймал ее руку и удержал в своей.
Последовала легкая борьба, хихиканье, затем он распрощался и ушел.
Джуд взирал на все это с изумлением философа.
Странно, до чего чужой казалась ему сейчас Арабелла.
Он не мог себе представить, что когда-то они были близки.
К тому же в теперешнем его настроении его совершенно не трогало, что Арабелла в самом деле доводится ему женой.
Посетители покинули отделение, которое она обслуживала, и после короткого размышления Джуд вошел туда и приблизился к стойке.
Сначала Арабелла не узнала его.
Затем взгляды их встретились.
Она вздрогнула, в ее глазах зажглась дерзкая усмешка, и она заговорила:
— Ах, будь я проклята!
Я думала, ты давным-давно в могиле!
— Вот как!
— Я ничего не слыхала о тебе, а то я вряд ли вернулась бы сюда.
Ну да ладно!
Чем же мне угостить тебя?
Шотландским с содовой?
Выбирай! Все, что есть в заведении, — к твоим услугам в память старого знакомства.
— Спасибо, Арабелла, — ответил Джуд без улыбки.
— С меня уже достаточно.
Неожиданная встреча с ней мгновенно убила в нем всякую охоту к спиртному, словно он превратился вдруг в грудного младенца.
— Что ж, очень жаль, тем более что это обошлось бы тебе даром.
— Давно ты здесь?
— Недель шесть.
И три месяца как из Сиднея.
Ты знаешь, эта работа всегда была мне по душе.
— Но почему ты приехала именно сюда, вот что меня удивляет!
— Я же сказала: я думала, что ты отправился к праотцам, а когда я была в Лондоне, я прочла там объявление об этом месте.
К тому же здесь меня никто не знает, если что, я ни разу не была в Кристминстере.
— А почему ты уехала из Австралии?