Она применит собственные методы.
Мисс Салли была дочерью Вдовушки.
Она руководила практической частью домашнего хозяйства: ведала провизией, командовала прислугой и с предельной непринужденностью заправляла школьной фермой в двести акров.
Между такими тонкостями, как подковывание лошадей, сенокос и изготовление масла, она применяла свои способности, где бы они не понадобились.
Она никогда не учила, она накладывала взыскания.
Школа славилась необычными наказаниями, большинство которых рождалось в голове мисс Салли.
Ее наградили титулом Драконицы благодаря почтительному восхищению ее умственными способностями.
Назавтра был вторник, обычный день, когда мисс Салли объезжала ферму с инспекцией.
Спускаясь после ленча по лестнице и натягивая шоферские краги, она чуть было не наткнулась на Конни Уайлдер и Пэтти Уайатт, которые, лежа на животе, пытались достать клюшкой мячик для гольфа из-под полки для шляп.
– Привет, девочки! – весело поздоровалась она. – Не хотите ли прокатиться на ферму?
Бегите и скажите мисс Уэдсворт, что вы освобождаетесь от послеобеденной учебы.
Вы можете сегодня вечером не принимать участия в «текущих событиях», и забудем об этом.
Обе в радостном волнении напялили шляпки и пальто.
Поездка на ферму «Раунд Хилл» с мисс Салли была величайшим даром, который могла преподнести «Святая Урсула».
Ибо за пределами школьных владений мисс Салли была презабавнейшей и самой общительной особой на свете.
После бодрого пятимильного путешествия на фоне желто-бурого октябрьского ландшафта они побродили пару часов по ферме, отведали молока и имбирного печенья на кухне миссис Спенс и пустились в обратный путь, втиснувшись между капустными кочанами, яйцами и маслом.
Они весело болтали на дюжину различных тем: о маскараде на День благодарения, о возможной постановке пьесы, о предстоящей игре с Хайленд-холлом и о гнусном новом правиле, обязывающем их читать передовицу в ежедневной прессе.
Наконец, когда в какой-то момент беседа повисла в воздухе, мисс Салли невзначай уронила:
– Кстати, девочки, что нашло на Мэй Ван Арсдейл?
Она сидит по углам, понурив голову, похожая на унылого линяющего цыпленка.
Пэтти и Конни обменялись взглядом.
– Конечно, – весело продолжала мисс Салли, – проблема абсолютно ясна.
Недаром я десять лет имею дело со средней школой.
Эта дурочка выдает себя за предмет несчастной любви.
Вы знаете, что я не люблю сплетни, но просто из любопытства: это молодой человек, который в церкви обходит с блюдом, или тот, что торгует лентами в магазине «Марша и Элкинса»?
– Ни тот, ни другой, – ухмыльнулась Пэтти. – Это английский аристократ.
– Что? – воззрилась на нее мисс Салли.
– А отец Мэй ненавидит английских аристократов, – пояснила Конни, – и навсегда запретил ему видеться с ней.
– Сердце ее разбито, – грустно промолвила Пэтти. – Она угасает.
– А фиалки? – спросила мисс Салли.
– Он обещал не слать ей писем, но о фиалках речи не было.
– Хм, понятно! – сказала мисс Салли и после минутного размышления добавила, – девочки, это дело я передаю в ваши руки.
Я хочу положить этому конец.
– В наши руки?
– Школу должно перестать трясти, но случай слишком ничтожный, чтобы учителя имели право его заметить.
Дело следует уладить с помощью общественного мнения.
Предположим, вы подумаете, что можно сделать, а я назначу вас членами комитета по возвращению школы на прочные принципы здравого смысла.
Я знаю, что могу доверять вам, и это останется между нами.
– Я не вполне понимаю, что мы можем сделать, – проговорила Пэтти с сомнением.
– Обычно вам хватает изобретательности, – ответила мисс Салли с мимолетной улыбкой. – В выборе собственных методов я даю вам карт-бланш.
– А можно рассказать Присцилле? – спросила Конни. – Мы должны ей рассказать, потому что мы трое…
– Вместе охотитесь? – мисс Салли кивнула. – Расскажите Присцилле и на этом хватит.
На следующий день, когда Мартин поехал в деревню по ежедневным поручениям, он высадил Пэтти и Присциллу, которых школа уполномочила купить цветы для жены приходского священника и их новорожденного, у цветочного магазина.
Они вошли, думая исключительно о конкурирующих свойствах красных и белых роз.
Заказав цветы и надписав открытку, они без всякой цели стали ждать, пока не вернется Мартин, чтобы забрать их.
Проходя мимо прилавка, они наткнулись на рекламную афишу, первым пунктом которой значилось:
«Фиалки в каждую субботу для мисс Мэй Ван Арсдейл, школа «Святой Урсулы».
Они остановились и задумчиво принялись ее изучать.
Цветочник проследил за их взглядом.
– Вы случайно не знаете юную леди, заказавшую фиалки? – поинтересовался он. – Она не оставила своего имени, и я хотел бы знать, хочет ли она, чтобы я продолжал их посылать.