– Он заперт?
– Да, – кивнула Пэтти, – но я открою его своим ключом.
– Что внутри?
– О, парадный костюм, воротнички и… и прочее.
– Как он к тебе попал?
– Видите ли, – вяло произнесла Пэтти, – это длинная история.
Не знаю, хватит ли у меня времени до уроков…
– Ну, расскажи нам, пожалуйста.
По-моему, с твоей стороны это свинство!
– Значит так, в прошлый четверг вечером приезжал клуб хорового пения.
Они кивнули, нетерпеливо выслушав бесполезную реплику.
– А я уехала в пятницу утром.
В то время как я выслушивала прощальные наставления Вдовушки о том, чтобы не привлекать к себе внимания и своей воспитанностью поддерживать честь школы, Мартин передал на словах, что Принцесса захромала и поехать не сможет.
Поэтому вместо того, чтобы отправиться на станцию в «катафалке», я поехала вместе с Мамзелью на трамвае.
Когда мы вошли в него, он был доверху набит мужчинами.
Йельский клуб хорового пения в полном составе уезжал на станцию!
Их было так много, что они сидели на коленях друг у друга.
Все, кто сидели сверху, поднялись и сказали очень серьезно и вежливо:
«Мадам, прошу Вас».
Мамзель разгневалась.
Она сказала по-французски, и все они, разумеется, поняли, что по ее мнению американские студенты ведут себя недостойно, а я украдкой улыбнулась – не удержалась, они были такими смешными.
И тогда двое «нижних» предложили свои места и мы сели.
И, вы не поверите, но «третий с конца» сидел прямо возле меня!
– Не может быть!
– О Пэтти!
– Вблизи он такой же симпатичный, как на сцене?
– Лучше.
– Это его настоящие брови или он их чернит?
– Выглядели, как настоящие, но я не могла их рассмотреть близко.
– Ну конечно настоящие! – возмущенно сказала Конни.
– И что бы вы думали? – спросила Пэтти. – Они ехали моим поездом.
Как вам нравится такое совпадение?
– Что по этому поводу сказала Мамзель?
– Она волновалась, словно старая наседка над одним цыпленком.
Она вверила меня заботам кондуктора с таким количеством инструкций, что он наверняка чувствовал себя неопытной няней.
Члены клуба хорового пения ехали в вагоне для курящих, за исключением Джермина Хиллиарда младшего, который проследовал за мной в салон-вагон и сел в кресло прямо напротив меня.
– Пэтти! – воскликнули они шокировано в один голос. – Но ты ведь не говорила с ним?
– Конечно, нет.
Я смотрела в окно и делала вид, что его там нет.
– О! – разочарованно пролепетала Конни.
– И что произошло? – спросила Присцилла.
– Абсолютно ничего.
Я сошла в Кумсдейле, и дядя Том встретил меня на машине.
Шофер взял мой чемодан у носильщика, и я почти совсем его не видела.
Мы подъехали к дому как раз к чаю, и я присоединилась к чаепитию, не поднимаясь наверх.
Дворецкий отнес мой чемодан, пришла горничная и попросила ключ, чтобы разобрать вещи.
Этот дом просто кишит прислугой. Я вечно до смерти боюсь не натворить чего-нибудь, что они сочли бы непристойным.
Там были все шаферы и подружки невесты, и всем было очень весело, только я не могла сообразить, о чем они все время болтают, ведь все они знали друг друга и отпускали множество непонятных мне шуток.
Конни с чувством кивнула.
– Именно так они вели себя на взморье прошлым летом.