– Да!
Иди сюда.
Розали затащила ее в пустую гардеробную и закрыла дверь.
– То есть, они узнали его название и… все остальное? – спросила Пэтти, затаив дыхание.
– Не совсем все, но узнали бы, если б не Лорди.
Она спасла нас в кои-то веки.
– Лорди нас спасла! – Ужас Пэтти мешался с недоверием. – Что ты имеешь в виду?
– Видишь ли, вчера Мэй ходила за покупками с мисс Уэдсворт – а ты знаешь, какая из Уэдди дуэнья. – Пэтти нетерпеливо кивнула. – Кто угодно может ее одурачить.
И Мэй под самым ее носом начала флиртовать с продавцом газировки.
– О! – пылко произнесла Пэтти. – До чертиков противно!
– На самом деле, ей это было совершенно ни к чему.
Она просто пыталась воплотить принципы ООС.
– По крайней мере, она могла бы выбрать кого-нибудь поприличнее!
– Ну, он вполне приличный.
Он обручен с девицей, торгующей нижним бельем за прилавком в магазине Бладгуда, и он не собирался заигрывать с мелюзгой.
Но ты же знаешь, как бывает настойчива Мэй Мертель, когда ей взбредет что-нибудь в голову.
Бедный молодой человек просто не смог сдержаться.
Он был так сконфужен, что не знал, что делает.
Он налил Хестер Прингл половину шоколада, половину сарсапарели, и она говорит, что это чертовски отвратительная смесь.
Ее так тошнило, что за ужином она ничего не смогла съесть.
И все это время Уэдди просто сидела, улыбалась в пространство и ничего не видела; но все девчонки видели, впрочем, как и аптекарь!
– Ах! – едва переводя дыхание вымолвила Пэтти.
– А сегодня утром мисс Салли пошла в аптеку, чтобы купить немного поташа для больного горла Хэрриет Глэдден, и он все ей рассказал.
– И что сделала мисс Салли? – спросила Пэтти слабым голосом.
– Сделала!
Она вернулась в бешенстве, рассказала все Вдовушке, они вызвали Мэй Мертель и потом… – Розали закрыла глаза и задрожала.
– Ну, – нетерпеливо произнесла Пэтти. – Что произошло?
– Вдовушка впала в совершенное негодование!
Она сказала Мэй, что она опозорила школу и что ее исключат.
И она написала отцу Мэй телеграмму, чтобы он приехал и забрал ее.
Потом она спросила Мэй, есть ли ей что сказать, и Мэй сказала, что она здесь ни при чем.
Что ты и я виноваты не меньше ее, так как все мы состоим в обществе, но она не может о нем рассказывать, потому что дала слово.
– Тварь! – сказала Пэтти.
– А дальше послали за мной и стали задавать вопросы про ООС.
Я пыталась молчать, но ты знаешь, какой взгляд у Вдовушки, когда она разгневана.
Даже сфинкс не выдержал бы и рассказал все, что ему известно, а я никогда не изображала из себя сфинкса.
– Ну ладно, – проговорила Пэтти, собираясь с духом после потрясения. – И что они сказали, когда выслушали?
– Они не выслушали!
Я как раз собиралась нарушить клятву и все рассказать, когда в комнату заглянула никто иная как Лорди.
И она была просто великолепна!
Она сказала, что все знает об ООС.
Что это весьма замечательное заведение, и что она сама является его членом!
Она сказала, что это подразделение Общества солнечного света и что Мэй вовсе не собиралась флиртовать с молодым человеком.
Она просто хотела улыбаться и быть доброй ко всем, кого встречала, а он этим воспользовался.
И Мэй сказала, да, все было именно так, и свалила всю вину на того бедного, невинного продавца газировки.
– Это в ее репертуаре, – кивнула Пэтти.
– И теперь Мэй на него ужасно зла за то, что из-за него она попала в неприятности.
Она говорит, что он отвратительный, заносчивый мальчишка и что она не выпьет больше ни одного стакана газировки, пока будет учиться в «Святой Урсуле».
– А ей позволят остаться?
– Да.