Любви пленительные сны Да нравы нашей старины.
XIV
Перескажу простые речи Отца иль дяди-старика,
Детей условленные встречи У старых лип, у ручейка;
Несчастной ревности мученья, Разлуку, слезы примиренья,
Поссорю вновь, и наконец Я поведу их под венец...
Я вспомню речи неги страстной, Слова тоскующей любви,
Которые в минувши дни У ног любовницы прекрасной
Мне приходили на язык, От коих я теперь отвык.
XV
Татьяна, милая Татьяна!
С тобой теперь я слезы лью;
Ты в руки модного тирана Уж отдала судьбу свою.
Погибнешь, милая; но прежде Ты в ослепительной надежде
Блаженство темное зовешь, Ты негу жизни узнаешь,
Ты пьешь волшебный яд желаний, Тебя преследуют мечты:
Везде воображаешь ты Приюты счастливых свиданий;
Везде, везде перед тобой Твой искуситель роковой.
XVI
Тоска любви Татьяну гонит, И в сад идет она грустить,
И вдруг недвижны очи клонит, И лень ей далее ступить.
Приподнялася грудь, ланиты Мгновенным пламенем покрыты,
Дыханье замерло в устах, И в слухе шум, и блеск в очах...
Настанет ночь; луна обходит Дозором дальный свод небес,
И соловей во мгле древес Напевы звучные заводит.
Татьяна в темноте не спит И тихо с няней говорит:
XVII
«Не спится, няня: здесь так душно! Открой окно да сядь ко мне».
— Что, Таня, что с тобой? —
«Мне скучно, Поговорим о старине».
— О чем же, Таня?
Я, бывало, Хранила в памяти не мало
Старинных былей, небылиц Про злых духов и про девиц;
А нынче все мне тёмно, Таня: Что знала, то забыла.
Да, Пришла худая череда!
Зашибло... —
«Расскажи мне, няня,
Про ваши старые года: Была ты влюблена тогда?»
XVIII
— И, полно, Таня! В эти лета Мы не слыхали про любовь;
А то бы согнала со света Меня покойница свекровь. —
«Да как же ты венчалась, няня?» — Так, видно, бог велел.
Мой Ваня Моложе был меня, мой свет, А было мне тринадцать лет.
Недели две ходила сваха К моей родне, и наконец
Благословил меня отец.
Я горько плакала со страха,
Мне с плачем косу расплели Да с пеньем в церковь повели.
XIX
И вот ввели в семью чужую...
Да ты не слушаешь меня... —