Пушкин Александр Сергеевич Во весь экран Евгений Онегин (1833)

Приостановить аудио

Близ Ольги в думу погрузился, Довольный мщением своим.

За ним и Оленька зевала, Глазами Ленского искала,

И бесконечный котильон Ее томил, как тяжкий сон.

Но кончен он.

Идут за ужин.

Постели стелют; для гостей

Ночлег отводят от сеней До самой девичьи.

Всем нужен

Покойный сон.

Онегин мой Один уехал спать домой.

II

Все успокоилось: в гостиной Храпит тяжелый Пустяков

С своей тяжелой половиной. Гвоздин, Буянов, Петушков

И Флянов, не совсем здоровый, На стульях улеглись в столовой,

А на полу мосье Трике, В фуфайке, в старом колпаке.

Девицы в комнатах Татьяны И Ольги все объяты сном.

Одна, печальна под окном Озарена лучом Дианы,

Татьяна бедная не спит И в поле темное глядит.

III

Его нежданным появленьем, Мгновенной нежностью очей

И странным с Ольгой поведеньем До глубины души своей

Она проникнута; не может Никак понять его; тревожит

Ее ревнивая тоска, Как будто хладная рука

Ей сердце жмет, как будто бездна Под ней чернеет и шумит...

«Погибну, — Таня говорит, — Но гибель от него любезна.

Я не ропщу: зачем роптать?

Не может он мне счастья дать».

IV

Вперед, вперед, моя исторья!

Лицо нас новое зовет.

В пяти верстах от Красногорья, Деревни Ленского, живет

И здравствует еще доныне В философической пустыне

Зарецкий, некогда буян, Картежной шайки атаман,

Глава повес, трибун трактирный, Теперь же добрый и простой

Отец семейства холостой, Надежный друг, помещик мирный

И даже честный человек: Так исправляется наш век!

V

Бывало, льстивый голос света В нем злую храбрость выхвалял:

Он, правда, в туз из пистолета В пяти саженях попадал,

И то сказать, что и в сраженье Раз в настоящем упоенье

Он отличился, смело в грязь С коня калмыцкого свалясь,

Как зюзя пьяный, и французам Достался в плен: драгой залог!

Новейший Регул, чести бог, Готовый вновь предаться узам,

Чтоб каждым утром у Вери37 В долг осушать бутылки три.

VI

Бывало, он трунил забавно, Умел морочить дурака

И умного дурачить славно, Иль явно, иль исподтишка,

Хоть и ему иные штуки Не проходили без науки,

Хоть иногда и сам впросак Он попадался, как простак.

Умел он весело поспорить, Остро и тупо отвечать,