Синея блещут небеса.
Еще прозрачные, леса
Как будто пухом зеленеют.
Пчела за данью полевой
Летит из кельи восковой.
Долины сохнут и пестреют;
Стада шумят, и соловей Уж пел в безмолвии ночей.
II
Как грустно мне твое явленье, Весна, весна! пора любви!
Какое томное волненье В моей душе, в моей крови!
С каким тяжелым умиленьем Я наслаждаюсь дуновеньем
В лицо мне веющей весны На лоне сельской тишины!
Или мне чуждо наслажденье, И все, что радует, живит,
Все, что ликует и блестит Наводит скуку и томленье
На душу мертвую давно И все ей кажется темно?
III
Или, не радуясь возврату Погибших осенью листов,
Мы помним горькую утрату, Внимая новый шум лесов;
Или с природой оживленной Сближаем думою смущенной
Мы увяданье наших лет, Которым возрожденья нет?
Быть может, в мысли нам приходит Средь поэтического сна
Иная, старая весна И в трепет сердце нам приводит
Мечтой о дальной стороне, О чудной ночи, о луне...
IV
Вот время: добрые ленивцы, Эпикурейцы-мудрецы,
Вы, равнодушные счастливцы, Вы, школы Левшина41 птенцы,
Вы, деревенские Приамы, И вы, чувствительные дамы,
Весна в деревню вас зовет, Пора тепла, цветов, работ,
Пора гуляний вдохновенных И соблазнительных ночей.
В поля, друзья! скорей, скорей, В каретах, тяжко нагруженных,
На долгих иль на почтовых Тянитесь из застав градских.
V
И вы, читатель благосклонный, В своей коляске выписной
Оставьте град неугомонный, Где веселились вы зимой;
С моею музой своенравной Пойдемте слушать шум дубравный
Над безыменною рекой В деревне, где Евгений мой,
Отшельник праздный и унылый, Еще недавно жил зимой
В соседстве Тани молодой, Моей мечтательницы милой,
Но где его теперь уж нет... Где грустный он оставил след.
VI
Меж гор, лежащих полукругом, Пойдем туда, где ручеек,
Виясь, бежит зеленым лугом К реке сквозь липовый лесок.
Там соловей, весны любовник, Всю ночь поет; цветет шиповник,
И слышен говор ключевой, — Там виден камень гробовой
В тени двух сосен устарелых. Пришельцу надпись говорит:
«Владимир Ленский здесь лежит, Погибший рано смертью смелых,
В такой-то год, таких-то лет.
Покойся, юноша-поэт!»
VII
На ветви сосны преклоненной, Бывало, ранний ветерок