Дохнул, завыл — и вот сама Идет волшебница зима.
XXX
Пришла, рассыпалась; клоками Повисла на суках дубов;
Легла волнистыми коврами Среди полей, вокруг холмов;
Брега с недвижною рекою Сравняла пухлой пеленою;
Блеснул мороз. И рады мы Проказам матушки зимы.
Не радо ей лишь сердце Тани. Нейдет она зиму встречать,
Морозной пылью подышать И первым снегом с кровли бани
Умыть лицо, плеча и грудь: Татьяне страшен зимний путь.
XXXI
Отъезда день давно просрочен, Проходит и последний срок.
Осмотрен, вновь обит, упрочен Забвенью брошенный возок.
Обоз обычный, три кибитки Везут домашние пожитки,
Кастрюльки, стулья, сундуки, Варенье в банках, тюфяки,
Перины, клетки с петухами, Горшки, тазы et cetera,
Ну, много всякого добра.
И вот в избе между слугами
Поднялся шум, прощальный плач: Ведут на двор осьмнадцать кляч,
XXXII
В возок боярский их впрягают, Готовят завтрак повара,
Горой кибитки нагружают, Бранятся бабы, кучера.
На кляче тощей и косматой Сидит форейтор бородатый,
Сбежалась челядь у ворот Прощаться с барами.
И вот
Уселись, и возок почтенный, Скользя, ползет за ворота.
«Простите, мирные места!
Прости, приют уединенный!
Увижу ль вас?..» И слез ручей У Тани льется из очей.
XXXIII
Когда благому просвещенью Отдвинем более границ,
Современем (по расчисленью Философических таблиц,
Лет чрез пятьсот) дороги, верно, У нас изменятся безмерно:
Шоссе Россию здесь и тут, Соединив, пересекут.
Мосты чугунные чрез воды Шагнут широкою дугой,
Раздвинем горы, под водой Пророем дерзостные своды,
И заведет крещеный мир На каждой станции трактир.
XXXIV
Теперь у нас дороги плохи42, Мосты забытые гниют,
На станциях клопы да блохи Заснуть минуты не дают;
Трактиров нет.
В избе холодной Высокопарный, но голодный
Для виду прейскурант висит И тщетный дразнит аппетит,
Меж тем как сельские циклопы Перед медлительным огнем
Российским лечат молотком Изделье легкое Европы,
Благословляя колеи И рвы отеческой земли.
XXXV
Зато зимы порой холодной Езда приятна и легка.
Как стих без мысли в песне модной, Дорога зимняя гладка.
Автомедоны наши бойки, Неутомимы наши тройки,
И версты, теша праздный взор, В глазах мелькают, как забор43.