И мы отправились на эту прогулку.
Она состояла в том, что или мы оба исполняли что-то вроде изящного танца, словно пара слаженных партнеров, или ее серьги ударяли мне в грудь.
Мы прохаживались так туда и обратно – к трупу Гейгера и назад.
Я заставил ее посмотреть на него.
Он ей очень нравился.
Она вздохнула и пыталась сказать мне об этом, но ей удалось лишь выдавить из себя несколько пузырьков воздуха.
Подойдя с нею к дивану, я уложил ее на него.
Она икнула два раза, немного похихикала и уснула.
Я набил карманы остатками ее одежды и отправился взглянуть на «индейский тотем».
Вмонтированный в него фотоаппарат уцелел, но кассета, увы, была вынута.
Я подумал, что, может быть Гейгер вынул ее, прежде чем его застрелили, и осмотрел пол.
Безрезультатно.
Взяв его за холодеющую руку, я немного передвинул тело.
Кассеты не было.
Это мне не понравилось.
Я осмотрел весь дом.
Направо была ванная и запертая дверь в глубине кухни.
Окно в кухне было выломано, жалюзи сорваны, крючок вырван, задняя дверь распахнута.
Я оставил ее открытой и вошел в спальню, расположенную слева от холла.
Она была опрятна, изысканно обставлена, сразу видно -дамская.
На кровати лежало украшенное оборками покрывало.
На трюмо стояли пузырьки с духами, а рядом лежал носовой платок, немного мелочи, несколько мужских щеток для волос, футляр для ключей.
В стенном шкафу висели мужские костюмы, а из-под кровати выглядывали мужские туфли.
Комната хозяина дома.
Я взял ключи с трюмо, вернулся в гостиную и обшарил стол.
В нижнем ящике оказалась запертая стальная шкатулка.
Я открыл ее одним из ключей.
В шкатулке лежал голубой в кожаном переплете блокнот со множеством записей, сделанных при помощи кода и теми же печатными буквами, какие я уже видел в письме генералу Стернвуду.
Я положил блокнот в карман и тщательно вытер шкатулку в тех местах, где прикасался к ней, затем закрыл стол, спрятал ключи, перекрыл газ к камину, надел плащ и попытался разбудить Кармен Стернвуд.
Но это было невозможно.
Тогда я напялил ей на голову ее большую фетровую шляпу, закутал в плащ и отнес в ее собственную машину.
Потом вернулся, погасил все лампы, закрыл входную дверь, достал из ее сумочки ключ и завел «паккард».
С холма мы спустились без огней.
Расстояние до дома Стернвудов я преодолел не более чем за десять минут.
Кармен спала, дыша мне эфиром прямо в лицо.
Пришлось опереть ее голову на мое плечо – это был единственный способ не дать ей снова улечься мне на колени.
Глава 8
Из маленьких окошечек боковой двери особняка Стернвудов сочился тусклый свет.
Я остановил «паккард» перед воротами и освободил карманы от вещей Кармен.
Девушка храпела в углу. Шляпа съехала ей на нос, руки были бессильно сложены на плаще.
Я вылез из машины, подошел к двери и позвонил.
Шаги приближались медленно, словно откуда-то с огромного расстояния.
Дверь открылась и передо мной предстал прямой, как свеча, седовласый лакей.
Свет, падающий из вестибюля, отражался от его волос, будто ореолом окружая голову старого слуги.
– Добрый вечер, мистер, – вежливо сказал он и посмотрел на «паккард».
Потом его взгляд вернулся ко мне.
– Миссис Риган дома?
– Нет, мистер.
– Генерал, вероятно, уже спит?
– Да.