Медленный румянец заливал ей шею.
Я удивился.
Она еще могла краснеть.
Что-то вроде проблеска добродетели.
Она сосредоточенно грызла палец.
– Вы... Были там... – прошептала она наконец.
– Я.
Как много вы запомнили?
– Вы из полиции? – неуверенно спросила она.
– Нет.
Я друг вашего отца.
– Вы не полицейский?
– Нет.
Она издала легкий вздох облегчения.
– Чего вы хотите?
– Кто его убил?
Плечи ее задрожали, но лицо осталось неподвижным.
Она спросила: – Кто еще... Знает?
– Про Гейгера?
Не знаю.
Во всяком случае не полиция, иначе она бы уже хозяйничала здесь.
Может, Джо Броуди.
Это был выстрел наугад, но он попал в цель. Она заскулила.
– Джо Броуди?
Его?
Мы оба замолчали.
Я курил сигарету, а она грызла палец.
– Ради бога, не стройте из себя такую умную, – сказал я. – Это похоже на сцену из плохого старомодного романа.
Его застрелил Броуди?
– Застрелил? Кого?
– Боже праведный! – сказал я.
Она обиделась на меня.
Ее подбородок слегка опустился.
– Да, – сказала она торжественно. – Это сделал Джо.
– Зачем?
– Этого я не знаю, – она тряхнула головой, словно пытаясь убедить саму себя, что не знает.
– Вы часто встречались с ним в последнее время?
Ее руки, наконец, потихоньку заскользили вниз и сплелись там в маленький узелок.
– Раз или два.
Я его ненавижу.
– Значит, вы знаете, где он живет?
– Да.
– И вы уже ничуть не любите его?
– Я ненавижу его!
– Значит, вы были бы рады, если бы он оказался замешан во все это?
Снова я увидел в ее глазах пустоту.
Слишком быстро один за другим следовали вопросы.
Но слишком трудно было задавать их еще медленнее.
– Вы могли бы заявить полиции, что его застрелил Джо Броуди? -пытался я прозондировать ее.
На ее лице вдруг появился панический страх.