– Естественно, если я смогу уничтожить те снимки в костюме Евы, -успокаивающе добавил я.
Она хихикнула.
Я почувствовал себя неловко.
Если бы она кричала или плакала, или упала бы на пол в глубоком обмороке, все было бы в порядке.
Но она просто захихикала.
Все это вдруг показалось ей смешным.
Она позволила сфотографировать себя в позе Изиды, кто-то свистнул пленку, кто-то у ее ног застрелил Гейгера, она была пьяна более, чем все участники съезда бывших ветеранов вместе взятые, и все это дело вдруг показалось ей забавной шуткой. Она смеялась.
Смех становился все громче и все больше наполнял помещение, словно назойливое царапанье крыс за панелями.
Она начинала впадать в истерику.
Я соскочил со стола, подошел к ней и дал ей пощечину.
– Совсем как в прошлую ночь, – сказал я. – Забавная из нас пара.
Рейли и Стернвуд, два Пьеро, пытающихся одурачить друг друга.
Смех смолк, но пощечина не произвела на нее впечатления большего, чем те, прошлой ночью.
Вероятно, все ее друзья и любовники вынуждены были рано или поздно давать ей пощечины.
Я прекрасно понимал их.
Я снова сел на стол.
– Вас зовут не Рейли, – серьезно произнесла она. – Выс зовут Филип Марлоу.
Вы частный детектив.
Мне сказала об этом Вив.
Она показала мне вашу визитку. – Она погладила щеку, по которой я ее ударил, и улыбнулась мне так, будто мое общество было для нее необычайно приятно.
– Кое-что вы помните, – начал я, – раз вернулись в этот дом, чтобы найти пленку. Вы не могли попасть внутрь, не так ли?
Ее подбородок начал дрожать.
Она пыталась улыбнуться, не сводя с меня глаз.
Меня призывали ступить на военную тропу.
Я должен был крикнуть
«Йии-а-ахх!» и потребовать, чтобы она уехала со мной в Юму и вышла за меня.
– Пленка исчезла, – пояснил я. – Я искал ее вчера ночью, прежде чем отвезти вас домой.
Вероятно, ее забрал Броуди.
Надеюсь, вы не обманули меня, рассказывая о Броуди?
Она усердно замотала головой.
– Я просто проверяю вас, – сказал я. – Не думайте обо всем этом.
Не говорите ни одной живой душе, где вы были в последнюю ночь и сейчас.
Пожалуйста, не говорите этого даже Вивиан.
Забудьте о том, что были здесь.
Предоставьте все Рейли.
– Но ведь вас зовут не... – начала она, но вдруг замолчала, энергично кивая, словно соглашаясь с тем, что я сказал, или с тем, что подумала в эту минуту сама.
Глаза ее сузились и потемнели, как эмаль на подносе в дешевом баре.
В голову ей пришла идея.
– К сожалению, мне надо идти домой, – произнесла она таким тоном, будто мы с ней ходили на чай.
– Ну конечно.
Я не пошевельнулся.
Она окинула меня обольщающим взглядом и подошла к двери.
Ее рука уже была на дверной ручке, когда вдруг послышался шум мотора приближавшегося автомобиля.
Она вопросительно посмотрела на меня.
Я пожал плечами.
Автомобиль остановился перед домом.
Страх исказил ее лицо.
Послышались чьи-то шаги, а спустя минуту раздался звонок.
Кармен глядела на меня через плечо, ее рука все еще судорожно сжимала дверную ручку. Она выглядела почти смешно в этом страхе.
Звонок звонил беспрерывно.