Ничто не указывало на то, что машину использовали для какой-то левой работы, хотя это можно подозревать.
Впрочем, дело с этой машиной связано еще кое с чем, о чем я вам сейчас скажу.
– Думаю, это связано с женой Эдди Марза, которая также фигурирует в списках исчезнувших, – сказал я.
Он удивленно посмотрел на меня.
– Ну да.
Мы поговорили с жителями вилл и установили, что она жила там.
Исчезла она примерно в то же время, что и Риган, но любая идентификация была невозможна.
В нашей профессии иногда выпадает такое невероятное счастье, когда какая-нибудь старушка, выглядывающая в окно, увидит пробегающего человека и узнает его потом даже через шесть месяцев. Однако работники отелей никого не могут распознать, даже если им подсунуть отличный снимок.
– Честно говоря именно это и требуется от надежного отельного работника, – сказал я.
– Конечно...
Эдди Марз и его жена жили отдельно, но поддерживали дружеские отношения, по крайней мере так утверждает Эдди.
Тут может быть несколько вариантов.
Риган всегда имел при себе пятнадцать тысяч долларов наличными.
Не фальшивку и не «куклу».
Это куча денег, но Ригану, видимо, нравилось носить их с собой и время от времени вытаскивать из кармана и просматривать независимо от того, видит это кто-нибудь или нет.
Хотя деньги не имели для него особого значения.
Его жена утверждает, что он не взял у старика Стернвуда ни цента, удовлетворившись жильем и пропитанием, а также «паккардом», который она ему когда-то подарила.
Как по-вашему, похоже это на бывшего контрабандиста, удачно женившегося на богатой женщине?
– Мне это непонятно, – признался я.
– Итак, речь идет о человеке, исчезнувшем с пятнадцатью тысячами долларов, о которых знают все.
Что ж, это все-таки порядочные деньги...
Поверьте мне, Марлоу, что я был бы счастлив, имея в кармане пятнадцать тысяч долларов. Ведь у меня двое парней, которые учатся.
Единственно напрашивается мысль: кто-то хотел обобрать его, но зашел слишком далеко, так что в результате ему пришлось прихлопнуть его, затащить в пустыню и зарыть где-нибудь под кактусом.
Но это не кажется мне таким простым.
У Ригана было оружие, и он умел с ним обращаться. Кроме того, у него был достаточный опыт в таких делах и не только со времен контрабандистских.
Я слышал, что в 1922 году он командовал целой бригадой во время беспорядков в Ирландии.
Такой парень не может быть легкой добычей какого-нибудь бандита.
То, что его машина стояла в гараже, свидетельствует о том, что тот, кто его застрелил, знал о его романе с женой Эдди Марза.
– У вас есть какое-нибудь фото? – спросил я.
– Его – да, ее – нет.
Это довольно странно.
Впрочем в этом деле много странных обстоятельств.
Пожалуйста – он пододвинул мне через стол глянцевую фотографию. На ней было изображено типичное ирландское лицо, скорее грустное, чем веселое, скорее сосредоточенное, чем дерзкое.
Не лицо забияки, но и не того, кто даст себя в обиду.
Прямые темные брови, выделяющиеся надбровные дуги, широкий лоб, густые прилизанные волосы, узкий короткий нос и широкий рот.
Подбородок четко очерчен, хотя это впечатление смягчалось шириной рта.
Это было слегка напряженное лицо человека, быстро принимающего решения и умеющего рисковать.
Я вернул снимок.
Теперь я знал, что узнаю это лицо, если когда-нибудь увижу его.
Капитан Грегори выколотил трубку, снова набил ее табаком и примял его большим пальцем.
Потом прикурил, выпустил облако дыма и заговорил:
– Естественно, могли быть люди, знающие, что он был симпатией жены Марза.
Эдди мог не знать об этом, но, – что удивительно, – он как раз знал.
Впрочем, его это мало трогало.
Мы довольно обстоятельно наблюдали за ним в то время.
Нет, Эдди не застрелил Ригана из ревности.
Если бы это было так, то все обстоятельства слишком явно свидетельствовали бы против него.
– Это зависит от того, насколько он ловок, – сказал я. – Возможно, он ведет двойную игру.
Капитан Грегори возразил движением головы.
– Если он настолько ловок, чтобы содержать этот свой игорный дом, то он и слишком ловок для чего-нибудь такого.