Рэймонд Чандлер Во весь экран Глубокий сон (1939)

Приостановить аудио

– То, что стоит двести долларов.

Я бросил в корзину еще несколько реклам и прикурил еще одну сигарету. – Нам надо исчезнуть из города, – продолжал он. – Агнесса очень хорошая девушка.

Вы не можете вменить ей в вину Гейгера и его книжки.

Вы же знаете, что женщинам ныне приходится не очень легко, верно?

– Она для вас слишком велика, – заметил я. – Она вас расплющит и задушит, если окажется сверху.

– Глуповатая шутка, – произнес он с таким чувством собственного достоинства, что я удивленно уставился на него.

– Вы правы, – согласился я. – В последнее время я вращался в плохом обществе.

Давайте покончим с разговорами и перейдем к делу.

Что вы можете предложить за эти деньги?

– А вы заплатите?

– А что мне это даст?

– Что если это поможет вам отыскать Расти Ригана?

– Я не ищу Расти Ригана.

– Слова.

Так вы хотите услышать это или нет?

– Итак, мой дорогой, облегчите душу.

Я заплачу за все, что мне пригодится.

За две сотни в нашей профессии покупается куча информации!

– Эдди Марз велел застрелить Ригана, – сказал он и расселся на стуле так, словно его только что выбрали вице-президентом.

Я указал рукой на дверь и произнес:

– Не собираюсь спорить с вами, надо экономить кислород.

Ступайте восвояси.

Он наклонился над столом и сжал зубы.

Из-за перегородки доносился монотонный стук пишушей машинки – строчка за строчкой, страница за страницей.

– Я вовсе не шучу, – запротестовал он.

– Кончайте!

Не мешайте работать, я очень занят.

– Никуда я не пойду, – резко сказал он. – Я пришел сюда, чтобы сказать то, что надо, и я сделал это.

Я лично знал Расти.

Не очень хорошо, но все же достаточно для того, чтобы спросить при встрече:

«Как поживаешь?» И он отвечал мне или же нет – в зависимости от настроения.

Он был симпатичным парнем.

Я его любил.

Он увлекался певицей из кабаре -Моной Грант.

Позже она сменила фамилию на Марз.

Расти страдал и женился на богатой даме, которая бегала по ночным ресторанам, как будто дома у нее не было своей кровати.

Вы очень хорошо ее знаете. Высокая, черноволосая, могла бы выиграть не один конкурс красоты, но принадлежит к тому типу женщин, которые являются проклятием для любого мужчины.

Истеричка.

Расти с ней не ладил, а с деньгами ее отца должен был ладить, да?

Ведь вы так думаете, да?

Но Риган был очень странным типом.

Он всегда думал не так, как другие, всегда искал что-нибудь другое, и едва сознавал, где находится в данный момент.

Мне кажется, ему вообще было плевать на деньги.

А если так говорю я, приятель, то это комплимент.

Маленький человечек вовсе не был так глуп.

Мелкий, скользкий комбинатор. Никто и не заподозрил бы, что у него могут быть такие мысли, и, более того, что он умеет их выражать.

– Вот он и сбежал, – сказал я.

– Может быть, хотел сбежать.

С той женщиной, Моной.

Она не жила с Эдди Марзом, потому что ненавидела все эти его делишки, особенно нелегальные, такие как шантаж, угон автомобилей, ограбления, укрывание тех, кто бежал с Востока, где их разыскивали, и так далее.