Я же думаю, что он массово распространяет порнографию, занимается шантажем, торгует краденными автомобилями, является убийцей, поручающим грязную работу другим, и дает взятки коррумпированным полицейским.
Он делает лишь то, что ему в данный момент выгодно, и то, из чего можно выжать деньги.
Не рассказывайте мне, пожалуйста о грабителях-джентльменах.
Такие существуют только в кино!
– Он не убийца! – ее нозди трепетали.
– Лично – нет.
Ведь у него есть Кэнино.
Кэнино сегодня вечером по его приказу убил человека, беззащитного маленького парня, который хотел кое-кому помочь бежать.
Я видел это почти своими глазами.
Она устало засмеялась.
– Прекрасно, – продолжал я. – Можете не верить этому.
Если Эдди такой замечательный человек, я охотно поговорю с ним, но чтобы в это время где-нибудь поблизости не было Кэнино.
Вы же отлично знаете, что сделал бы Кэнино: повыбивал бы мне все зубы, а потом заехал бы ногой в живот, если бы я еще смог что-нибудь произнести.
Она откинула голову и стояла, задумавшись, будто принимая какое-то решение.
– Мне казалось, что платиновый цвет волос уже не в моде, – продолжал я лишь затем, чтобы в комнате не царила тишина, лишь затем, чтобы она слышала мой голос.
– Ну и глупый же вы! Ведь это же парик.
Пока не отрастут мои собственные. – Она сняла его.
Волосы у нее были коротко острижены, как у мальчика.
Она снова надела парик на голову.
– Кто это с вами сделал?
Она испуганно взглянула на меня.
– Я сама это сделала.
А зачем?
– Вот именно.
Зачем?
– Только затем, чтобы доказать Эдди, что я готова исполнить его просьбу: спрятаться.
Затем, чтобы ему не надо было стеречь меня.
Я не хотела разочаровывать его.
Потому, что я люблю его.
– Боже милостивый! – простонал я. – И именно потому я нахожусь с вами здесь, в этой комнате!
Она повернула ладони вверх и осмотрела их.
Затем вдруг встала и вышла.
Вернулась она с кухонным ножом.
Наклонилась надо мной и принялась за работу.
– Ключ от наручников у Кэнино, – прошептала она. – Больше ничем я не могу вам помочь. – Она выпрямилась, тяжело дыша, и разрезала все узлы. – А вы молодец.
У вас есть чувство юмора. Вы острите на каждом слове... И это в вашем положении...
– Так я и думал, что Эдди не убийца.
Она быстро отвернулась от меня, села на свой стул рядом с торшером и спрятала лицо в ладонях.
Я спустил ноги на пол и встал.
Одеревенелый, я качался взад и вперед.
Нерв с левой стороны лица трепетал каждым волоконцем.
Я сделал шаг.
Итак, я еще мог ходить.
И смог бы, вероятно, даже бежать, если бы возникла необходимость.
– Мне кажется вы хотите, чтобы я ушел, – сказал я.
Она кивнула, не поднимая головы.
– Было бы лучше, если бы вы пошли со мной, разумеется, если вам дорога жизнь.
– Не теряйте времени.
Кэнино может вернуться в любую минуту.
– Прикурите мне, пожалуйста, сигарету.