Как я хотел потерять его!
Но, к сожалению, не терял.
Я только закрыл глаза и сжал губы.
Керн курил, пуская мне дым в лицо, и продолжал поджаривать мою голову на медленном огне.
Он уже не убеждал меня.
И когда я приоткрыл глаза, то увидел, что он взбешён моим упорством.
«Чёрт побери!
Если бы ваши мозги мне не были так нужны, я зажарил бы их и сегодня же накормил бы ими своего пинчера.
Фу, упрямец!»
И он бесцеремонно сорвал с моей головы все провода и удалился.
Однако мне ещё рано было радоваться.
Скоро он вернулся и начал впускать в растворы, питающие мою голову, раздражающие вещества, которые вызывали у меня сильнейшие мучительные боли.
И когда я невольно морщился, он спрашивал меня:
«Так как, коллега, вы решаете?
Всё ещё нет?»
Я был непоколебим.
Он ушёл ещё более взбешённый, осыпая меня тысячью проклятий.
Я торжествовал победу.
Несколько дней Керн не появлялся в лаборатории, и со дня на день я ожидал избавительницы-смерти.
На пятый день он пришёл как ни в чём не бывало, весело насвистывая песенку.
Не глядя на меня, он стал продолжать работу.
Дня два или три я наблюдал за ним, не принимая в ней участия.
Но работа не могла не интересовать меня.
И когда он, производя опыты, сделал несколько ошибок, которые могли погубить результаты всех наших усилий, я не утерпел и сделал ему знак.
«Давно бы так!» — проговорил он с довольной улыбкой и пустил воздух через моё горло.
Я объяснил ему ошибки и с тех пор продолжаю руководить работой… Он перехитрил меня.
ЖЕРТВЫ БОЛЬШОГО ГОРОДА
С тех пор как Лоран узнала тайну головы, она возненавидела Керна.
И это чувство росло с каждым днём.
Она засыпала с этим чувством и просыпалась с ним.
Она в страшных кошмарах видела Керна во сне.
Она была прямо больна ненавистью.
В последнее время при встречах с Керном она едва удерживалась, чтобы не бросить ему в лицо: «Убийца!»
Она держалась с ним натянуто и холодно.
— Керн — чудовищный преступник! — восклицала Мари, оставшись наедине с головой.
— Я донесу на него… Я буду кричать о его преступлении, не успокоюсь, пока не развенчаю этой краденой славы, не раскрою всех его злодеяний.
Я себя не пощажу.
— Тише!..
Успокойтесь, — уговаривал Доуэль.
— Я уже говорил вам, что во мне нет чувства мести.
Но если ваше нравственное чувство возмущено и жаждет возмездия, я не буду отговаривать вас… только не спешите.
Я прошу вас подождать до конца наших опытов.
Ведь и я нуждаюсь сейчас в Керне, как и он во мне.
Он без меня не может окончить труд, но так же и я без него.
А ведь это всё, что мне осталось.
Большего мне не создать, но начатые работы должны быть окончены.
В кабинете послышались шаги.
Лоран быстро закрыла кран и уселась с книжкой в руке, всё ещё возмущённая.
Голова Доуэля опустила веки, как человек, погружённый в дремоту.
Вошёл профессор Керн.