Александр Беляев Во весь экран Голова профессора Доуэля (1925)

Приостановить аудио

— Ах нет, уж лучше я потерплю.

Я не хочу быть каракатицей.

Керн решил лечь спать раньше обыкновенного, чтобы пораньше встать и вновь отправиться в морг.

Но не успел он заснуть, как затрещал телефон у кровати.

Керн выбранился и взял трубку.

— Алло!

Я слушаю. Да, профессор Керн.

Что такое?

Крушение поезда у самого вокзала?

Масса трупов?

Ну да, конечно, немедленно.

Благодарю вас.

Керн начал быстро одеваться, вызвал Джона и крикнул:

— Машину!

Через пятнадцать минут он уже мчался по ночным улицам, как на пожар.

Привратник не обманул. В эту ночь смерть собрала большой урожай.

Трупы таскали беспрерывно.

Все столы были завалены.

Скоро пришлось класть их на пол.

Керн был в восторге.

Он благословлял судьбу за то, что эта катастрофа не случилась днём.

Весть о ней, вероятно, ещё не распространилась в городе.

Посторонних в морге пока не было.

Керн рассматривал ещё не раздетые и не обмытые трупы.

Все они были совершенно свежие.

Исключительно удачный случай. Одно плохо, что и этот благодетельный случай не очень считался со специальными требованиями Керна. Большинство тел было раздавлено или повреждено во многих местах.

Но Керн не терял надежды, так как трупы всё прибывали.

— Покажите-ка мне вот эту, — обратился он к служащему, нёсшему труп девушки в сером костюме.

Череп был разбит со стороны затылка.

Волосы окровавлены, платье тоже.

Но платье не измято.

«Видимо, повреждения тела не велики… Идёт.

Телосложение довольно плебейское, — вероятно, какая-нибудь камеристка, но лучше такое тело, чем ничего», — думал Керн. 

— А это? 

— Керн указал на другие носилки. 

— Да это целая находка!

Сокровище!

Чёрт возьми, досадно всё-таки, что погибла такая женщина!

На пол опустили труп молодой женщины с необычайно красивым аристократическим лицом, на котором застыло только одно глубокое удивление.

У неё был пробит череп выше правого уха.

Очевидно, смерть наступила мгновенно.

На белой шее виднелось жемчужное ожерелье.

Изящное чёрное шёлковое платье было лишь немного изорвано внизу и от ворота до плеча.

На обнажившемся плече виднелась родинка.

«Как у той, — подумал Керн. 

— Но это… какая красота! 

— Керн наскоро измерил шею. 

— Как по заказу».

Керн сорвал дорогое ожерелье из настоящих крупных жемчужин, бросил его служащим и сказал:

— Я беру вот этот труп.