Затем свет погас, и Доуэль словно куда-то провалился.
Очнулся он от свежего ветра, который трепал его волосы.
Необычайным усилием воли он постарался раскрыть глаза: на мгновение перед ним мелькнуло чьё-то знакомое лицо, как будто Ларе, но в полицейском костюме.
До слуха дошёл шум автомобильного мотора.
Голова трещала от боли.
«Бред, но я, значит, ещё жив», — подумал Доуэль.
Веки его опять сомкнулись, но тотчас открылись вновь. В глаза больно ударил дневной свет.
Артур прищурился и вдруг услышал женский голос:
— Как вы себя чувствуете?
По воспалённым векам Доуэля провели влажным куском ваты.
Окончательно открыв глаза, Артур увидел склонившуюся над ним Лоран.
Он улыбнулся ей и, осмотревшись, увидел, что лежит в той самой спальне, в которой некогда лежала Брике.
— Значит, я не умер? — тихо спросил Доуэль.
— К счастью, не умерли, но вы были на волоске от смерти, — сказала Лоран.
В соседней комнате послышались быстрые шаги, и Артур увидел Ларе.
Он размахивал руками и кричал:
— Слышу разговор!
Значит, ожил.
Здравствуйте, мой друг!
Как себя чувствуете?
— Благодарю вас, — ответил Доуэль и, почувствовав боль в груди, сказал: — Голова болит… и грудь…
— Много не говорите, — предупредил его Ларе, — вам вредно.
Этот висельник Равино едва не отравил вас газом, как крысу в трюме корабля.
Но, Доуэль, как мы великолепно провели его!
И Ларе начал смеяться так, что Лоран посмотрела на него с укоризной, опасаясь, как бы его слишком шумная радость не потревожила больного.
— Не буду, не буду, — ответил он, поймав её взгляд.
— Я сейчас расскажу вам всё по порядку.
Похитив мадемуазель Лоран и немного подождав, мы поняли, что вам не удалось последовать за нею…
— Вы… слышали мой крик? — спросил Артур.
— Слышали.
Молчите!
И поспешили укатить, прежде чем Равино вышлет погоню.
Возня с вами задержала его свору, и этим вы очень помогли нам скрыться незамеченными.
Мы прекрасно знали, что вам там не поздоровится.
Игра в открытую.
Мы, то есть я и Шауб, хотели возможно скорее прийти к вам на помощь.
Однако необходимо было сначала устроить мадемуазель Лоран, а уж затем придумать и привести в исполнение план вашего спасения.
Ведь ваше пленение было непредвиденным… Теперь и нам надо было во что бы то ни стало проникнуть за каменную ограду, а это, вы сами знаете, не лёгкое дело.
Тогда мы решили поступить так: я и Шауб достали себе полицейские костюмы, подъехали на автомобиле и заявили, что мы явились для санитарного осмотра.
Шауб изобразил даже мандат со всеми печатями.
На наше счастье, у ворот стоял не постоянный привратник, а простой санитар, который, очевидно, не был знаком с инструкцией Равино, требовавшей при впуске кого бы то ни было предварительно созвониться с ним по телефону. Мы держали себя на высоте положения и…
— Значит, это был не бред… — перебил Артур.
— Я вспоминаю, что видел вас в форме полицейского и слышал шум автомобиля.
— Да, да, на автомобиле вас обдул свежий ветер, и вы пришли в себя, но потом впали в беспамятство.
Так слушайте дальше.
Санитар открыл нам ворота, мы вошли.
Остальное сделать было нетрудно, хотя и не так легко, как мы предполагали.
Я потребовал, чтобы нас провели в кабинет Равино.
Но второй санитар, к которому мы обратились, был, очевидно, опытный человек.
Он подозрительно оглядел нас, сказал, что доложит, и вошёл в дом.