Дом и хозяйство, церковный приход и птичник, а также все, что с этим связано, еще не утратили для нее своего очарования.
Карета была наконец подана, багаж — привязан снаружи, свертки — рассованы внутри, и было объявлено, что все готово к отъезду.
После нежного прощания с подругой Элизабет направилась к экипажу в сопровождении мистера Коллинза, который, пока они шли по саду, попросил засвидетельствовать свое искреннее уважение ее семье вместе с благодарностью за гостеприимство, оказанное ему в Лонгборне прошедшей зимой, и поклонами, увы, незнакомым ему мистеру и миссис Гардинер. Затем он помог ей усесться в экипаж.
Мария последовала за ней, и дверца уже было почти закрылась, когда мистер Коллинз внезапно с некоторым ужасом вспомнил, что отъезжающие ничего не попросили передать дамам из Розингса.
— Впрочем, — добавил он, — вы, разумеется, желали бы, чтобы я передал им ваше нижайшее почтение вместе с глубокой благодарностью за оказанное вам гостеприимство?
Элизабет не имела против этого никаких возражений, после чего дверце наконец дали захлопнуться, и карета тронулась.
— Боже ты мой! — воскликнула Мария после нескольких минут молчания. — Кажется, будто мы только день или два назад сюда приехали. А как много за это время произошло разных событий!
— В самом деле, порядочно, — со вздохом подтвердила ее спутница.
— Подумать только, мы девять раз обедали в Розингсе! Да еще два раза пили там чай!
Сколько мне придется об этом рассказывать!
Элизабет добавила про себя:
«И сколько мне придется скрывать!»
В дороге они почти все время молчали. Без всяких происшествий через четыре часа после отъезда из Хансфорда они подъехали к дому мистера Гардинера, где им предстояло провести несколько дней.
Джейн выглядела неплохо, а в ее душевном состоянии Элизабет не могла разобраться из-за множества развлечений, о которых позаботилась для них миссис Гардинер.
Но сестры возвращались теперь вместе в Лонгборн, и там у Элизабет должно было найтись для наблюдений вполне достаточно времени.
Ей потребовалось некоторое усилие, чтобы сдержаться и не рассказать Джейн еще до приезда в Лонгборн о предложении мистера Дарси.
Поразительная новость — столь лестная для тщеславия Элизабет, от которого ей не удавалось избавиться доводами рассудка, — настойчиво побуждала ее к откровенности. И она едва ли смогла бы с собой совладать, если бы не боялась дойти до излишних подробностей и еще больше расстроить Джейн, неосторожно упомянув о мистере Бингли.
ГЛАВА XVI
Шла вторая неделя мая, когда три молодые леди, покинув Грейсчёрч-стрит, выехали в городок*** в Хартфордшире. Приближаясь к гостинице, в которой их должен был встретить экипаж мистера Беннета, они убедились в исполнительности возницы, увидев головы Китти и Лидии, выглядывающие из окна столовой во втором этаже.
Две девицы премило провели в городке целый час, посетив модную лавку, поглазев на часового и приготовив салат с огурцами.
После взаимных приветствий младшие сестры с торжеством показали старшим накрытый стол, уставленный обычными для гостиниц холодными закусками, восклицая при этом:
— Взгляните, как мило!
Не правда ли, приятный сюрприз?!
— Мы собираемся вас угостить, — добавила Лидия, — только вы должны снабдить нас деньгами, потому что все, что у нас было, мы потратили вон в той лавке.
Тут она принялась показывать свои покупки. — Посмотрите, какую я себе купила шляпку.
Конечно, так себе. Можно было даже не покупать. Но я подумала, что с тем же успехом могу и купить.
Дома я ее распорю и посмотрю, нельзя ли сделать из нее что-нибудь попригляднее.
Когда сестры нашли ее безобразной, она невозмутимо добавила:
— Там были еще две или три шляпки куда хуже, чем эта. Надо будет только прикупить яркого атласа, чтобы ее заново отделать, — тогда, мне кажется, она будет выглядеть не так плохо.
А впрочем, не все ли равно, что мы станем носить летом, если полк через две недели отбудет из Меритона!
— Неужели он нас покидает? — воскликнула Элизабет, крайне обрадованная этим известием.
— Теперь они будут стоять в лагере около Брайтона. Так хочется, чтобы папа всех нас повез туда на лето!
Мы бы славно там пожили, и это почти ничего бы не стоило.
Мама тоже об этом мечтает.
Ведь только подумайте, какая нас ждет летом скучища!
«В самом деле, очень удачная затея, — подумала Элизабет. — Как раз то, чего нам недоставало!
Боже мой, это нам-то собраться в Брайтон с целым его военным лагерем, когда у нас все пошло вверх дном от захудалого полка милиции и меритонских балов, которые даются раз в месяц».
— А у меня для тебя новость, — сказала Лидия, когда все расселись вокруг стола.
— Ну-ка подумай, что бы такое могло случиться, а?
Отличная новость, превосходная новость — об одном человеке, который всем нам очень понравился.
Джейн и Элизабет переглянулись, и прислуживавшему лакею было дозволено удалиться.
— Очень на вас похоже! — со смехом сказала Лидия.
— С вашими чинностью и благоразумием бояться, как бы лакей чего не подслушал.
Будто ему есть до этого дело!
Он небось часто слышит вещи еще почище того, что я расскажу.
Впрочем, он такое страшилище, что я даже рада его уходу.
В жизни не видела этакого длиннющего подбородка!
Ну, слушайте, мои милые. Дело идет о нашем дорогом Уикхеме. Слишком хорошо для лакея, не правда ли?
Так вот, Уикхем не собирается жениться на Мэри Кинг!
Как вам это нравится, а?