— Конечно. Где же еще они могли бы так хорошо спрятаться?
— Лидия ведь всегда мечтала попасть в Лондон! — вставила Китти.
— Значит, она добилась, чего хотела, — сухо ответил отец. — Возможно, ее пребывание там продлится довольно долго.
После короткой паузы он добавил:
— Лиззи, я на тебя не в обиде за сделанное тобой в мае столь оправдавшееся предостережение, ведь оно, учитывая обстоятельства, свидетельствует в пользу здравого смысла.
Разговор был прерван появлением Джейн, которая пришла приготовить чай для миссис Беннет.
— Что за великолепное представление! — воскликнул мистер Беннет. — Оно придает горю вашей матери такой благородный оттенок.
С завтрашнего дня я последую ее примеру: засяду в ночном колпаке и халате в библиотеке и постараюсь причинять вам как можно больше хлопот. Или, быть может, мне подождать, пока от нас сбежит Китти?
— Я никуда не собираюсь сбегать, — ответила Китти с раздражением.
— Если я когда-нибудь попаду в Брайтон, ничего подобного со мной не случится.
— Ты попадешь в Брайтон?
Я и за пятьдесят фунтов не отпущу тебя даже до Ист-Бёрна.
Нет, Китти, наконец-то я научился осторожности. И тебе это придется почувствовать.
Ни один офицер больше не переступит порога моего дома — и носа не сунет в нашу деревню.
И никаких больше танцев — если только тебе не вздумается танцевать с одной из сестер.
Я не позволю тебе выходить из дома, пока ты не докажешь, что способна заниматься чем-то разумным хоть десять минут в течение суток.
Китти, принявшая эти слова всерьез, горько расплакалась.
— Ну, так и быть, — сказал мистер Беннет, — можешь не огорчаться.
Если на протяжении десяти лет ты будешь паинькой, к концу срока я непременно свожу тебя на какое-нибудь обозрение.
ГЛАВА VII
Спустя два дня после возвращения мистера Беннета, когда Джейн и Элизабет гуляли позади дома среди зарослей кустарника, они увидели приближавшуюся к ним домоправительницу. Подумав, что она идет за ними, чтобы позвать их к миссис Беннет, они пошли ей навстречу. Но вместо того чтобы передать какое-нибудь поручение матери, она сказала, обращаясь к Джейн:
— Прошу прощения, сударыня, что помешала вашему разговору. Я подумала, что из Лондона пришли, быть может, добрые вести, и мне захотелось узнать, в чем они заключаются.
— Что вы имеете в виду, Хилл?
Из Лондона не было никаких писем.
— Как, сударыня, — с большим удивлением воскликнула миссис Хилл, — вы не знаете, что к хозяину прибыл нарочный от мистера Гардинера?
Прошло не менее получаса с тех пор, как он передал пакет мистеру Беннету.
Желая поскорее узнать о новостях, сестры без лишних слов бросились к дому.
Пробежав холл, они заглянули сперва в комнату для завтрака, потом в библиотеку и, не найдя отца там, были уже готовы искать его наверху, в комнате матери, когда встретившийся им дворецкий сказал:
— Если вы, сударыни, ищете хозяина, то попробуйте догнать его около рощи — он только что пошел в том направлении.
Пользуясь этим указанием, они снова миновали холл и побежали прямо через газон догонять отца, который решительным шагом направлялся к группе деревьев на краю усадьбы.
Более полная и менее привыкшая к бегу старшая сестра вскоре отстала, тогда как запыхавшаяся младшая, догнав отца, с нетерпением забросала его вопросами:
— Ах, папа, что там такое? Есть новости?
Что-нибудь от дяди Гардинера?
— Да, он прислал письмо с нарочным.
— Что же он пишет? Хорошее или плохое?
— Разве мы можем ожидать хороших вестей? — сказал отец, вынимая из кармана письмо.
— Впрочем, тебе, быть может, интересно его прочесть.
Элизабет нетерпеливо выхватила письмо, как раз в ту минуту, когда их догнала Джейн.
— Прочти-ка вслух, — попросил мистер Беннет, — я сам едва ли в нем разобрался как следует.
«Грейсчёрч-стрит, понедельник, 2 августа.
Дорогой брат, наконец-то могу сообщить некоторые сведения о моей племяннице, которые, я надеюсь, должны Вас несколько успокоить.
Вскоре после Вашего отъезда в субботу мне удалось выяснить, в какой части Лондона они скрываются.
О подробностях расскажу Вам при встрече. Достаточно знать, что они обнаружены и что я видел обоих…»
— Ну вот, теперь мы убедились, что все вышло, как я и предполагала, — перебила Джейн, — они поженились!
Элизабет продолжила чтение.
— «Я видел обоих.
Они не поженились, и никаких приготовлений к свадьбе я не заметил. Однако, если Вы согласитесь с предложениями, которые я осмелился сделать от Вашего имени, я надеюсь, что свадьба произойдет достаточно быстро.
Все, что от Вас требуется, — это письменно подтвердить ее пятую долю в пяти тысячах фунтов, остающихся Вашим детям после смерти родителей, а также ежегодную выплату ей ста фунтов, пока Вы живы.
После всего, что случилось, я без колебаний согласился с этими условиями, пользуясь привилегией быть Вашим доверенным лицом.
Это письмо я посылаю с нарочным, так как Ваш ответ должен быть получен как можно скорее.