Перестаньте!
С вами нельзя говорить серьезно,- расхохоталась она, откидываясь на спинку кушетки и блестя глазами.
Князь Василий Львович, сидя за большим круглым столом, показывал своей сестре, Аносову и шурину домашний юмористический альбом с собственноручными рисунками.
Все четверо смеялись от души, и это понемногу перетянуло сюда гостей, не занятых картами.
Альбом служил как бы дополнением, иллюстрацией к сатирическим рассказам князя Василия.
Со своим непоколебимым спокойствием он показывал, например:
"Историю любовных похождений храброго генерала Аносова в Турции, Болгарии и других странах";
"Приключение петиметра князя Николая Булат-Тугановского в Монте-Карло" и так далее.
- Сейчас увидите, господа, краткое жизнеописание нашей возлюбленной сестры Людмилы Львовны,- говорил он, бросая быстрый смешливый взгляд на сестру.Часть первая - детство.
"Ребенок рос, его назвали Лима".
На листке альбома красовалась умышленно по-детски нарисованная фигура девочки, с лицом в профиль, но с двумя глазами, с ломаными черточками, торчащими вместо ног из-под юбки, с растопыренными пальцами разведенных рук.
- Никогда меня никто не называл Лимой,- засмеялась Людмила Львовна.
- Часть вторая.
Первая любовь.
Кавалерийский юнкер подносит девице Лиме на коленях стихотворение собственного изделия.
Там есть поистине жемчужной красоты строки:
Твоя прекрасная нога
Явленье страсти неземной!
Вот и подлинное изображение ноги.
А здесь юнкер склоняет невинную Лиму к побегу из родительского дома.
Здесь самое бегство.
А это вот - критическое положение: разгневанный отец догоняет беглецов.
Юнкер малодушно сваливает всю беду на кроткую Лиму.
Ты там все пудрилась, час лишний провороня, И вот за нами вслед ужасная погоня...
Как хочешь с ней разделывайся ты,
А я бегу в кусты.
После истории девицы Лимы следовала новая повесть:
"Княгиня Вера и влюбленный телеграфист".
- Эта трогательная поэма только лишь иллюстрирована пером и цветными карандашами,- объяснял серьезно Василий Львович.- Текст еще изготовляется.
- Это что-то новое,- заметил Аносов,- я еще этого не видал.
- Самый последний выпуск.
Свежая новость книжного рынка.
Вера тихо дотронулась до его плеча.
Лучше не нужно,- сказала она.
Но Василий Львович или не расслышал ее слов, или не придал им настоящего значения.
- Начало относится к временам доисторическим.
В один прекрасный майский день одна девица, по имени Вера, получает по почте письмо с целующимися голубками на заголовке.
Вот письмо, а вот и голуби.
Письмо содержит в себе пылкое признание в любви, написанное вопреки всем правилам орфографии.
Начинается оно так:
"Прекрасная Блондина, ты, которая... бурное море пламени, клокочущее в моей груди.
Твой взгляд, как ядовитый змей, впился в мою истерзанную душу" и так далее.
В конце скромная подпись:
"По роду оружия я бедный телеграфист, но чувства мои достойны милорда Георга.
Не смею открывать моей полной фамилии - она слишком неприлична.
Подписываюсь только начальными буквами: П. П. Ж.
Прошу отвечать мне в почтамт, постй рестантй".
Здесь вы, господа, можете видеть и портрет самого телеграфиста, очень удачно исполненный цветными карандашами.
Сердце Веры пронзено (вот сердце, вот стрела).
Но, как благонравная и воспитанная девица, она показывает письмо почтенным родителям, а также своему другу детства и жениху, красивому молодому человеку Васе Шеину.