Том сказал:
– В наших местах раздавали листки – оранжевые.
Там было написано, что здесь требуется много народу на сбор урожая.
Молодой человек рассмеялся.
– Сюда, говорят, триста тысяч понаехало, и, наверно, нет такой семьи, которая не видала бы этих листков.
– Да если нет нужды в людях, какой смысл их печатать?
– А ты пошевели мозгами.
– Я хочу разобраться, в чем тут дело.
– Слушай, – сказал молодой человек. – Предположим, ты предлагаешь работу, а охотник на нее найдется только один.
Значит, сколько он ни запросит, столько ты и дашь.
Теперь предположим, что охотников не один, а сотня. – Он отложил инструмент в сторону.
Взгляд у него стал суровый, голос звучал резко. – Предположим, что до этой работы дорывается сотня человек.
Предположим, у них есть дети, и дети сидят голодные.
На каких-нибудь десять центов их можно накормить маисовой кашей.
Предположим даже, что и на пять центов купишь чего-нибудь.
А народу набежала целая сотня.
Предложи им такой заработок, да они из-за него горло друг другу перервут.
Знаешь, сколько мне платили на последнем месте?
Пятнадцать центов в час.
За десять часов полтора доллара. А жить там поблизости не позволяли.
Пока доедешь, сколько одного бензину сожжешь. – Злоба душила его, глаза горели ненавистью.
Вот для этого листки и печатают.
Пятнадцать центов в час за полевые работы… А на те деньги, которые хозяева сэкономят, такие листки можно выпускать тучами.
Том сказал:
– Вот дерьмо-то.
Молодой человек резко рассмеялся:
– Дерьмо! Ты здесь поживи немного, – если учуешь, где пахнет розами, позови меня, я тоже понюхаю.
– Но здесь должна быть работа, – гнул свое Том. – Сколько здесь всего – фруктовые сады, виноградники, огороды!
Здесь люди нужны.
Я же видел, сколько здесь всего растет.
В палатке рядом с машиной заплакал ребенок.
Молодой человек прошел туда, и за брезентовой стенкой послышался его тихий голос.
Том взял коловорот и стал притирать клапан, водя рукой по пол-оборота в обе стороны.
Ребенок утих.
Молодой человек вышел из палатки и остановился, глядя на Тома.
– Ничего, справляешься, – сказал он. – Хорошо, когда руки умелые.
Это тебе пригодится.
– Ну, а как же все-таки? – снова начал Том. – Я ведь видел, сколько здесь всякого добра растет.
Молодой человек присел на корточки.
– Слушай, – сказал он. – Я работал в одном саду. Громадный – конца-краю не видно. Собирали персики.
Круглый год его обслуживают девять человек. – Он выразительно помолчал. – А когда персики поспевают, туда требуется на две недели три тысячи человек.
Не найдут столько – все погниет.
Так что они делают?
Рассылают эти листки во все концы.
Требуется три, а приходит шесть тысяч.
Воля хозяйская – сколько им вздумается, столько и платят.
А не хочешь работать за такую плату, пожалуйста – на твое место зарится тысяча человек.
Ну, ты рвешь, рвешь эти персики, и наконец – все, больше не осталось.
А ничего другого в тех местах нет.
Одни персики, и поспевают все в одно время.