Джон Стейнбек Во весь экран Гроздья гнева (1939)

Приостановить аудио

– Здесь?

– Да.

Теперь пусть они разгружаются, а ты пойдешь со мной, я вас запишу.

И поскорее ложитесь спать.

Завтра утром к вам придет лагерная комиссия и все объяснит.

Том потупился.

– Полисмены? – спросил он.

Сторож сказал со смехом:

– Полисменов здесь нет.

У нас они свои собственные.

Люди сами их выбирают.

Пойдем.

Эл соскочил с грузовика и подошел к ним.

– Ну как, остаемся?

– Да, – ответил Том. – Ты с отцом снимай вещи, а я пойду в контору.

– Только потише, – сказал сторож. – Многие уже спят.

Том пошел вслед за сторожем по темному лагерю и поднялся по ступенькам в крохотную контору, где стоял письменный столик и стул.

Сторож сел к столу и вынул бланк из ящика.

– Как зовут?

– Том Джоуд.

– Старик – твой отец?

– Да.

– Его как зовут?

– Тоже Том Джоуд.

Вопросы следовали один за другим.

Откуда приехали, давно ли в этом штате, где работали.

Сторож поднял голову и посмотрел на Тома.

– Это я не из любопытства.

Такое уж у нас правило.

– Ничего, ничего, – сказал Том.

– Деньги есть?

– Немного.

– Может, совсем без денег?

– Нет, немного есть.

А что?

– Да ведь плата доллар в неделю, но можно отрабатывать – вывоз мусора, уборка, ну там еще что-нибудь.

– Мы отработаем.

– Завтра комиссия с вами поговорит.

Расскажут вам, как тут всем пользоваться, объяснят правила.

Том сказал:

– Слушай, а что это такое?

Какая это комиссия?

Сторож откинулся на спинку стула.

– Она делает большую работу.

У нас тут пять санитарных корпусов.

Каждый посылает своего представителя в Главную комиссию.

А она здесь всем заправляет.

Ее слово – закон.

– А если они начнут тут командовать?

– Ну что ж, прогнать их можно так же быстро, как и выбрать.