– Сколько же еще так может продолжаться?
Не знаю. И как вы ухитряетесь семью кормить на такие деньги – этого я тоже не знаю.
– Пока работаем – кормимся, – сказал Уилки. – А вот если работы нет, тогда плохо.
Томас взглянул на часы.
– Пошли! Пошли рыть канаву.
Эх! – вдруг крикнул он. – Так и быть – скажу.
Вы живете в правительственном лагере?
Тимоти насторожился:
– Да, сэр.
– И у вас там бывают танцы по субботам?
Уилки ответил с улыбкой:
– Бывают.
– Ну так вот. В следующую субботу будьте осторожнее.
Тимоти шагнул к нему:
– А что такое?
Я член Главной комиссии.
Я должен знать.
Томас посмотрел на него с опаской:
– Не вздумайте сказать кому-нибудь, что от меня про это узнали.
– А что такое? – допытывался Тимоти.
– В Ассоциации терпеть не могут эти правительственные лагеря.
Шерифских понятых туда не пошлешь.
Говорят, будто люди там сами себе устанавливают законы и без ордера никого нельзя арестовать.
Так вот, если у вас затеют драку, а то и пальбу, тогда к вам явятся понятые и всех вас оттуда выкинут.
Тимоти преобразился.
Он расправил плечи, взгляд у него стал холодный.
– Как же это понять?
– Не вздумайте рассказать кому-нибудь, что от меня об этом слышали, – хмуро проговорил Томас. – В субботу вечером у вас в лагере затеют драку.
А понятые будут наготове.
Том спросил:
– Да зачем это?
Кому эти люди мешают?
– Я тебе скажу зачем, – ответил Томас. – Кто здесь побывал, тот привыкает к человеческому обращению.
А потом попадает такой в переселенческий лагерь, и с ним трудно будет справиться. – Он снова вытер лицо. – Ну, идите работать.
Договорюсь я с вами до того, что останусь без фермы.
Да вы народ хороший, я к вам всей душой.
Тимоти протянул ему свою худую заскорузлую руку. Томас пожал ее.
– Никто не узнает.
Спасибо.
Драки не будет.
– Идите работать, – повторил Томас. – И помните: двадцать пять центов в час.
– Будем и за двадцать пять, – сказал Уилки. – Для вас…
Томас зашагал к крыльцу.
– Я скоро приду, – сказал он. – Ступайте. – Дверь за ним захлопнулась.
Том и Уоллесы миновали выбеленный известью сарай и, выйдя в поле, увидели длинную узкую канаву, рядом с которой лежали секции цементной трубы.
– Вот здесь мы и работаем, – сказал Уилки.
Его отец открыл сарай и вынес оттуда две кирки и три лопаты.
Он сказал Тому:
– Получай свою красавицу.
Том прикинул кирку на вес: