Теперь другие времена, пора бы тебе это знать.
Если у тебя нет двух, пяти, десяти тысяч акров и трактора, на земле не продержишься.
Такой мелкоте, как мы с тобой, нечего и думать о своем участке.
Ты ведь не станешь ворчать, что тебе нельзя выпускать «форды» или заправлять телефонной компанией.
То же и с землей.
Ничего не поделаешь.
Подыскивай лучше где-нибудь работу на три доллара в день.
Больше нам ничего не остается.
Арендатор задумчиво говорил:
, горюешь, когда урожай плохой, радуешься, что дождь выпал вовремя, тогда ты со своей землей одно целое и ты сам становишься сильнее, потому что у тебя есть земля.
Пусть удача к тебе не идет, все равно ты становишься сильнее.
Это всегда так.
И арендатор продолжал думать вслух:
– А если участок большой, и глаза твои никогда его не видели, пальцы никогда не разминали комьев, если ты не ступал по нему ногами, тогда хозяином становится не человек, а земля.
Человек больше сам в себе не волен и в мыслях своих не волен.
Земля сильнее, она хозяин.
А человек становится маленьким.
Владения его велики, а сам он маленький и только прислуживает им.
Это всегда так.
Тракторист дожевывал отштампованный кусок и швырял корку в сторону.
– Времена другие, пора бы тебе понять это.
С такими мыслями ребят не прокормишь.
Зарабатывай три доллара в день, корми семью.
Печалиться о чужих детишках не твое дело.
А если узнают, что ты тут болтаешь, не видать тебе этих трех долларов.
Надо думать только о трех долларах в день и ни о чем другом, иначе хозяева не дадут тебе их.
– Из-за твоих трех долларов чуть не сотня людей мыкается по дорогам.
Куда нам деваться?
– Ты кстати об этом вспомнил. Съезжайте-ка вы поскорее.
После обеда я начну запахивать ваш двор.
– Колодец ты уже завалил сегодня утром.
– Знаю.
Борозду надо держать прямо.
Пообедаю и запахаю двор.
Борозда должна быть прямая.
И вот еще что… Раз уж ты знаешь моего старика, Джо Дэвиса, я, так и быть, скажу.
Если арендатор еще не выехал, у меня на этот счет особое распоряжение… Мало ли что случается… сам знаешь: подъехал к дому слишком близко, задел его трактором самую малость… Получу за это лишние два-три доллара.
Мой младший сынишка еще в жизни своей не носил башмаков.
– Я собственными руками построил этот дом.
Выпрямлял старые гвозди для обшивки, прикручивал проволокой стропила.
Дом мой.
Я сам его строил.
Только попробуй его зацепить. Я стану у окна с ружьем.
Только попробуй подъехать поближе, я тебя пристрелю, как кролика.
– Я тут ни при чем.
От меня ничего не зависит.
Не выполню распоряжения – выгонят с работы.
А ты… ну, положим, ты меня убьешь.
Тебя повесят, а до того как ты будешь болтаться на виселице, сюда придет другой тракторист и свалит твой дом.
Не того ты собираешься убивать, кого нужно.