В корпусе номер четыре кто-то ворует бумагу.
Позади раздался жалобный голос:
– Миссис Буллит. – Члены комиссии обернулись. – Миссис Буллит, я слышала, что вы говорили. – В дверях стояла женщина, вся красная, потная. – Миссис Буллит, на собрании у меня духу не хватило признаться.
Ну просто духу не хватило.
Засмеяли бы.
– О чем это вы? – Джесси двинулась на нее.
– Может… может, это наша вина… Только мы не воруем, миссис Буллит.
Джесси подходила все ближе и ближе, и на лице у кающейся грешницы пот выступил теперь крупными каплями.
– Что я могу поделать, миссис Буллит?
– Объясните толком, в чем дело, – сказала Джесси. – Наш корпус опозорился из-за туалетной бумаги.
– Это тянется уже целую неделю, миссис Буллит.
Но что поделаешь?
Вы знаете, ведь у меня пять дочерей.
– Что же они делают с бумагой? – грозно спросила Джесси.
– Пользуются ею, больше ничего.
Честное слово, больше ничего.
– Как же они смеют?
Четырех-пяти бумажек вполне достаточно.
Что с ними такое?
Женщина промямлила:
– Понос.
У всех пятерых.
Мы сидим без денег.
Они наелись незрелого винограда.
Каждые десять минут бегают. – И, стараясь хоть как-то выгородить своих девочек, добавила: – Они не воруют бумагу.
Джесси вздохнула:
– Почему же вы раньше этого не сказали?
Надо было сказать.
Из-за вас корпус номер четыре опозорился.
А поносом каждый может заболеть.
Жалобный голос тянул свое:
– Едят незрелый виноград, никак их не остановишь.
Понос день ото дня все сильнее и сильнее.
Элла Саммерс выпалила:
– Медицинский пункт.
Ей надо обратиться на медицинский пункт!
– Элла Саммерс! – сказала Джесси. – Я вам последний раз говорю: не вы председательница. – Она снова повернулась к багровой от смущения женщине. – У вас нет денег, миссис Джойс?
Та потупилась:
– Да. Но мы скоро найдем работу.
– Напрасно вы так смутились, – сказала Джесси. – Это не преступление.
Вы сбегайте в лавку и возьмите себе провизии.
Лагерь имеет там кредит на двадцать долларов.
Можете забрать на пять.
А когда получите работу, вернете свой долг Главной комиссии.
Вам это было известно, миссис Джойс, – строго добавила она. – Как же вы довели до того, что ваши дочки голодают?
– Мы благотворительностью никогда не пользовались, – ответила миссис Джойс.
– Вы прекрасно знаете, что это не благотворительность, – вознегодовала Джесси. – У нас не первый раз заходит такой разговор.
В нашем лагере благотворительности нет.
Мы этого не потерпим.
Значит, сбегайте в лавку и возьмите там провизии, а талон принесите мне.