Роза Сарона вздохнула всей грудью, разжала зубы и закрыла глаза.
Миссис Уэйнрайт нагнулась над ней.
– Сразу схватило?
Смотри на меня, отвечай. – Роза Сарона бессильно мотнула головой.
Миссис Уэйнрайт повернулась к матери. – Да, – сказала она. – Так и есть.
Говорите, прежде времени?
– Ее лихорадка треплет, может, поэтому.
– Надо встать.
Пусть походит немного.
– Она не сможет, – сказала мать. – У нее сил нет.
– Надо, надо. – Миссис Уэйнрайт держалась строго и деловито. – Мне не в первый раз, – сказала она. – Давайте прикроем дверь.
Чтобы сквозняка не было. – Обе женщины налегли на тяжелую дверь и задвинули ее, оставив только небольшую щель. – Сейчас принесу лампу, – сказала миссис Уэйнрайт.
Лицо у нее пылало от волнения. – Эгги! – крикнула она. – Уведи отсюда малышей, займись с ними.
Мать кивнула.
– Правильно.
Руфь и ты, Уинфилд, пойдите к Эгги.
Ну, живо.
– Почему? – спросили они.
– Потому что так надо.
У Розы скоро родится ребеночек.
– Ой, я хочу посмотреть.
Ну позволь, ма!
– Руфь!
Уходи сию минуту.
Живо! – Когда говорят таким тоном, спорить не приходится.
Руфь и Уинфилд нехотя поплелись в дальний угол вагона.
Мать зажгла фонарь.
Миссис Уэйнрайт принесла свою лампу-«молнию», поставила ее на пол, и круглое пламя ярко осветило вагон.
Руфь и Уинфилд притаились за кучей хвороста и осторожно выглядывали оттуда.
– Родится ребеночек, и мы всё увидим, – негромко сказала Руфь. – Тише ты, а то ма не позволит смотреть.
Если она взглянет сюда, пригнись пониже.
Мы всё увидим.
– Из ребят мало кто это видел, – сказал Уинфилд.
– Из ребят никто не видел, – горделиво поправила его Руфь. – Одни мы увидим.
Мать и миссис Уэйнрайт совещались, стоя у ярко освещенного матраца.
Говорить приходилось громко, так как дождь барабанил по крыше.
Миссис Уэйнрайт вынула из кармана передника кухонный нож и сунула его под матрац.
– Может, и зря это, – извиняющимся тоном сказала она. – У нас всегда так делали.
Вреда тоже не будет.
Мать кивнула.
– А мы клали лемех.
Да это все равно, лишь бы острое было, чтобы схватки обрезало.
Даст бог, не долго будет мучиться.
– Ну как, полегче теперь?
Роза Сарона беспокойно мотнула головой.
– Началось?
– Да, да, – сказала мать. – Родишь хорошего ребеночка.
Ты только нам помоги.
Можешь сейчас походить немного?
– Попробую.