Отец сказал:
– Пошли, Эл.
Разберем борта.
В серых рассветных сумерках дядя Джон обогнул вагон, миновал грузовик и поднялся по скользкой дорожной насыпи.
Он зашагал по шоссе мимо лагеря и вышел к ивняку, где взбухшая речка сворачивала к самой дороге.
Дядя Джон бросил лопату и, держа ящик прямо перед собой, пробрался сквозь кусты к быстрой речке.
Он постоял там минуту, глядя на завивавшуюся воронками воду, на клочья желтой пены, оседавшие на кустах.
Он прижал ящик к груди.
Потом нагнулся, опустил его в воду и придержал рукой.
Он сказал с яростью:
– Плыви, расскажи им все.
Плыви по улицам. Будешь гнить.
Может, они хоть от тебя все узнают. Ты только так и можешь говорить.
Я даже не знаю, кто ты – мальчик или девочка.
И никогда не узнаю.
Плыви, остановись где нибудь на улице.
Может, тогда они поймут. – Он бережно направил ящик по течению и отнял руку.
Ящик низко осел, пошел боком, попал в водоворот и медленно перевернулся вверх дном.
Мешок распластался по воде, и ящик, подхваченный течением, быстро уплыл следом за ним, скрывшись из виду за кустарником.
Дядя Джон схватил лопату и быстро зашагал назад к лагерю.
Разбрызгивая на ходу воду, он подошел к грузовику, с которого отец и Эл снимали борта.
Отец оглянулся на него.
– Все сделал?
– Да.
– Тогда вот что, – сказал отец, – ты помоги Элу, а я схожу в лавку, надо купить чего-нибудь из еды.
– Купи грудинки, – сказал Эл. – Я хочу мясного.
– Хорошо, – сказал отец.
Он спрыгнул с грузовика, а дядя Джон стал на его место.
Когда они втащили доски в вагон, мать проснулась и села на матраце.
– Что вы делаете?
– Хотим сколотить настил, чтобы не залило.
– Зачем? – спросила мать. – Здесь сухо.
– Сейчас сухо.
А вода прибывает.
Мать с трудом поднялась с матраца и подошла к двери.
– Надо уходить отсюда.
– Уходить нельзя, – сказал Эл. – Все вещи здесь.
Грузовик здесь.
Все наше добро.
– Где па?
– Пошел купить чего-нибудь к завтраку.
Мать посмотрела вниз на воду.
До пола вагона не хватало каких-нибудь шести дюймов.
Мать вернулась к матрацу и посмотрела на Розу Сарона.
Та встретила ее взгляд.
– Ну, как ты? – спросила мать.
– Устала очень.
– Скоро накормлю тебя завтраком.
– Мне есть не хочется.
Миссис Уэйнрайт подошла и стала рядом с матерью.